Лисёнок

 

Принимаю водчонку на пару с лисёнком -

С загнанным в угол мохнатым другом.

За здоровьице пьём, не спеша, потихоньку,

Не уподобляясь окрестным пьянчугам.

У ручного лисёнка облезлый хвост,

Уши прижатые, живот распорот.

Что-то не получилось, видать не срослось -

Давнёхонько перестал он выходить в город.

 

Живёт он скромненько в соседней норе,

Да у меня тож, житьё не ахтИ.

КрУжат снежинки, декабрь на дворе:

ВосковЫе конфеты, замороженные конфетти.

Горюшко сыплется в рот, как песок.

Лежат на снегу вчерашние облака.

По телу ползёт спиной холодок,

И щиплет ноздри цветки табака.

 

Мой лисёнок увы, ужо повзрослел,

Но для меня он малыш, как и прежде.

От ентого,  пулею он захмелел,

А я вот никак, хоть пополам меня режьте.

В черных носочках на лапках белых,

С острым слухом и обонянием.

Он потерялся среди оголтелых,

Придавленный необузданным мирозданием.

 

Метель, ведьма старая замела наши норы.

Мы с ним не кроты, дабы выйти наружу.

ЗнАмо нас, не найдут кредиторы -

«Ёб их медь», «Ети их душу»!

И будет апрель на пьяном дворе:

Жевательные конфеты, оттаявшие конфетти.

Мы выпьем водчонку, как в том декабре…

Где лисёнка и нЕ было-то,  друг мой, прости!

 

С Медянкин декабрь 25