Снежок

    Жил был мальчик в Ленинграде,
    Жил спокойно, не грустил.
    И, идя домой из школы,
    Он снежок большой слепил.

    Думал: вот его как брошу —
    Точно, в липу попаду.
    И потом друзьям по школе
    Свою меткость покажу.

    Но случилось всё иначе:
    Не по плану всё пошло.
    Полетел из снега мячик
    Мимо дерева — в окно.

    И, конечно, сразу дядька
    Из парадной вышел злой,
    Думая: «Какой негодник,
    Поквитаюсь я с тобой!»

    А мальчишка удирает,
    Открыт ранец за спиной,
    И оттуда вылетают
    Книжки, ручки, проездной.

    Вот бежит он и жалеет:
    «Был бы чуть я по умней —
    Сел бы дома лучше с книгой,
    Что писал Хемингуэй».

    В тот момент на жаркой Кубе,
    Возле берега в дыму,
    Рядом с той, что стоит — доллар,
    Пил Эрнест свою бурду.

    Да. Эрнест сидел и думал:
    «Что же делает он здесь?
    Ведь Андрэ живёт в Париже,
    И бомонд в Париже весь».

    Сели б вместе на Монмартре —
    Бокал шампанского с утра,
    Рядом пара куртизанок—
    «С добрым утром, Моруа!»

    А в Париже всё иначе:
    Моруа сидит один,
    Курит тонкую сигару,
    Клико — шампанское — пред ним.

    Только мысли о печальном,
    Надоел Сан-Поль-де-Ванс.
    Хочет в русскую он зиму,
    Где метель пустилась в пляс.

    Вот в сибирские б морозы,
    Где на кухне у печи,
    Спорить с Зощенко про нормы,
    Да Платоновы труды.

    Ну а Зощенко в тот вечер
    Из парадной вышел злой,
    Думая: «Какой негодник,
    Поквитаюсь я с тобой!»

    И ведь мы не замечаем,
    Обижаясь на весь свет,
    Что ошибочно считаем:
    Хорошо там, где нас нет.