Жил-был Пётр. Сказ

   Жил-был Пётр. Неплохой мужчина. И возраста довольно юного. Ну, лет где-то около 50.
   Женат был, да развёлся. Детей не нажили. Да и пилила супруга его частенько. Она, видишь, больше всего хотела жить как все люди живут:
   - Вон, у соседа-то Мишки и машина, и дача, и кажные полгода пляжи заморские, да и Анка его, вобла сушёна, даже во двор по нужде выходит в шубах разных. А ты!..
   Да и он тоже хотел этого, а может быть даже и больше. Лямку служебную тянул как мог. А много ль наживёшь на денежное довольствие мелкого клерка, ежели, как говорится, не можешь ни своровать, ни на шухере постоять. 
   Короче, далеко ему было до построения в отдельно взятой семье светлого будущего, в котором «работай по способностям, получай по потребностям».
   Но желание потайное у него одно было. И такое страстное, что всё времечко мечтал об его исполнении. На службу идёт – мечтает, со службы домой - опять весь в мечтах:
   - Эх, как бы все мечты да желания сбывались! Вот житуха была бы! Захотел – жена на диво – и статью, и нравом хоть куда! Да и я не хухры-мухры, а гендиректор! И все вокруг заискивают, заискивают…
   Идёт однажды, да так размечтался, что столкнулся нос к носу с незнакомцем, наружности весьма подозрительной. На улице ноябрьский сиверко гуляет, слякотно, а он бос, в портках до колен и рубаха-распашонка на груди расстёгнута. А физия, всё равно, радостная-прерадостная.
   - Уф! – восклицает полуголый незнакомец. - Наконец-то, нашёлся на Земле человек, более меня одержимый такой мечтой!
   Вжик! И чует Пётр, что преобразуется он непонятно в кого и летит чёрт знает куда. Очнулся от морока, глянул, и на сердце захорошело – пляж белым песком пятки греет, океан лазурной волной те пятки лижет, и жёнка – ни в сказке сказать, ни пером описать, до того хороша! И сам он не служка малоформативная, а тот, про кого говорят: «Сам!» И все-то ему в ножки кланяются! Причём все разом и без остановки!
- Это где же я очутился?  Не рай ли? – спрашивает одного из кланяющихся.
- Нет, Ваше…ство! Не рай. Это пространство-временной континуум исполнения самых великих желаний отдельно взятого человека, – отвечает тот.
   Хорошо день прожили, ничего не скажешь - купались, загорали, целовались… Но вот и день на исходе, а во рту и маковой росинки не бывало. Обращается опять к тому, кто ближе всех к нему поклоны бьёт:
- А как бы насчёт перекусить?
А тот ему:
- Сам! Сам! Мы ведь токо кланяться да заискивать назначены.
   Почесал Пётр свою гендиректорскую плешь, делать нечего! Сеть из водорослей сгоношил, да тем неводом принялся рыбку ловить. Всё бы ничего, да только жёнка-то из мечты, похлеще бывшей оказалась – всё-то ей не так – и бунгало мало, и у русалки в соседней лагуне жемчугов-то вона скоко, а она бедная-несчастная всё в одном бикини, да и тот постирать не в чем…
  ...И опять Пётр весь в мечтах:
   - Эх, поймать бы рыбку золотую, она бы все дела за меня вершила!..
***
   Читал ли Петр в детстве сказку о той рыбке, не читал – то мне неведомо. Потому закончу повесть на этом моменте его жизни.
P.S. А может найдётся средь нас, землян, ещё такой желающий?..
**
Примечание:
Стоять на шухере - из криминального жаргона, означающее стоять на страже, предупреждая сообщников об опасности
Хухры-мухры - слово просторечное, когда мы иронизируем, говоря о человеке, например, «он - большой начальник, не хухры-мухры»,
Сиверко – северный ветер.
Слякоть – жидкая грязь на земле или дороге от дождя или мокрого снега. Служка - в разговорной речи — уничижительное к слову «слуга».
Гоношить – хлопотливо заниматься какими-либо мелкими хозяйственными делами, суетиться над чем-либо, устраивать что-либо.
Бикини - купальник, состоящий из двух раздельных элементов (узкого бюстгальтера и маленьких плавок).