Greeb, pt. 9 Шатун

Лёва понял, что пёс
сделал нелёгкий выбор,
засунув в цветок мокрый нос.
Другие варианты привели бы

к печальному для обоих исходу.
Сцена лесного боя
Показала начало охоты
Отметился враждою

не Лютик, а лесные звери.
Не понятна лишь причина
этой волчьей аферы,
ставшей началом его сплина.

Замигали гирляндами люстры,
зашипела из приёмника волна,
накатило опасности чувство:
“Пшшш… Лёвушка, берегись шатуна!”

А дальше начался кошмар…
Слушая голос искажённый,
Лев ощутил сильный удар -
стук в дверь ума лишённый,

дом заходил ходуном,
трещины пошли по стене.
Кто бы ни был этим “шатуном”,
рушился мир по его вине.

Затишье. Снова удар. И рёв.
Оглушающий, страшнее грохота.
Устоял пока что лёвин кров.
Рёв перешёл во взрыв хохота.

Ещё ба-бах! Мчась на балкон,
Лёва думал с револьвером в руке:
очень кстати посетил афедрон
недавно и теперь бежит налегке.

Дом расшатывался напару
с психикой его хозяина.
Мальчик, дрожа от ударов,
Пролез в проход заваленный.

Наконец, смог из разбитого окна
выглянуть: а там медведь!
Широкая спина хорошо видна.
Не прекращая дико реветь,

он дверь из петель выбивал,
обрушивая тяжёлые лапы
на неё, как девятый вал,
беря её на приступ нахрапом.

Лёва разрядил револьвер:
сработали слаженно
разум, сердце и глазомер,
цель была теперь поражена.

Но цели, видно, было всё равно.
Весёлый хохот и очередной удар -
уютное убежище обречено,
рухнули и дверь, и стены гриба…