Верность. Январь

Верность
Заговорной водицы в Купальницу
Понесу, грех свой смертный кляня,
Лишь бы ты не ушёл от меня,
Мой избранник -охальник и пьяница.

Всё от них, от прабабок моих,
Что с улыбкою шли на костёр
За единственного, кто распростёр
Руки любящие за двоих.

И за что мне смертельная тяжесть,
Неподъёмная эта докука,-
Высоченные древние кряжи-
Устаревшая верности мука?
1.1.26.
Прошлая зима

Метель стремилась вольными песцами
Или лисою красной под лучом,
Окно, расписанное дворцами
В избе над не замёрзнувшим ключом.

Склоняла голову я над криницей,
Ты меня звал к берёзовой печи,
К сиянью острому единственной свечи,
Морозный воздух нам румянил лица...

А утром - снегирей базары,
Ты их кормил сладчайшим крошевом,
Не помню точно, что тогда сказала я,
Что б та зима вдруг стала прошлым.
2.1.26.
Крылья

Мы любили без околичностей
На болоте, ступая в тяжелый ил.
Стервятник упорно парил
В далеке от докуки столичной.

Окраина пустынная, отшиб,
Рябина на моих губах горчила,
Червивый гриб крошил ты,
В ресницах слёзы стыли.

Кричала птица, "Ты ли"?
О чём угодно мы молчали,
Верхушки сосен тьму качали,
Луне подставив крылья.
3.1.26.
Горчичное зерно

Веры моей меньше зерна горчичного
Вселенная во мне с яйцо голубиное
Тени бесплпотные ночами кличут меня
Надеясь на силу живую мнимую

Сужаю до щели око пульсирующее
До Расплавленной платины
У предков моих нету будущего
Лики их покрылись патиной

Бубен луны бубнит тихо,
Господи помоги мне грешной
Отведи от меня злое лихо-
Ждут молитвы праотцы безутешно.
4.1.26.
Задание

Ветры грызет морская собака, лижет камни,
Палки соленые таскает,
Раз'ехались отдыхающие тоска !
Под небом тающим ещё не пора мне.

Сосны ощерились иглами
На морскую вздыбленность,,
Волне подражают дельфины
Со времен создания

Ветер толкает в спину
Меня с моим заданием,
Обозначенным Боратынским ,-
Отними его - поди, скисну
5.1.26.
Провинциал

Проницательный провинциал
Сыпал рифмы взахлёб гармоникой ,,
Вел меня на местный вокзал.
Самодельные клейкие томики

Даром в сумку ложились провинции,
Потемнело в моих глазах
Он в столицу стремился, в провидцы
Ветер бороду встречно лизал.
6.1.26.
Наугад

Бредешь дорогой наугад,
Не ведая лампадный дух,
Мимо окрашенных оград
Скудельницы, что не тревожит слух.

И только в скорбный час прощанья,
Когда чернеет небо за окном,
Вдруг вспомнишь в траурном отчаянье,
В гортани не глотая слёзный ком,

О тех ушедших, знавших Бога
И трели колокольцев...
И станет вдруг светлей дорога,.
И ласковее солнце.
7.1.26.
ИИ

Взломаю к прошедшему код
за дозой нежности отцовской
и материнской мудрости,
к тому о чем не ведал Бродский
на берегу чужбинных вод,
но кнопка западает
ИИ завял от дурости,
заглох, напутав ударенья,
признав мою попытку хренью-
надежды тают.
8.1.26.
Наличность

Свет выключаешь отчаливаешь
К левому от правого берега
В карманах звенит наличность, похрустывает
Луна играет с очками.

Ты открывал меня вроде Беринга
Да уложил в прокрустово.
Алчными ночами.

Такого не намечтаешь
В  женских требах
Если б знать,что стоит за речами
Под звездным небом.
9.1.26.
Украденное

Это как в декорации трагедии
Разыгрывать комедию
Или получить сведения с перечнем украденного
Или о том что палачом был дядя ,
Кошку любимую гладя,
Твоя просьба- любовью заняться.
За окошком дуб под ветром клонится-
То ли плакать мне, то ли смеяться,
Потому что, любовь - бессонница,
10.1.26.

Воображенье

Достатков нету - вот беда,
Иду тропинкой к лисьему ручью,
Что б не заела высшая среда,
Несу в себе печаль ничью.

Узнать бы помышленья дат,
Которые еще случаться -
На брата вновь восстанет брат?
Иль взглянет с родственным участьем?

В бродильне шепчется броженье,
Готовьте новые меха рассветной ранью
Верни, Творец воображенье
Израненному Твоему созданью.
11.1.26.

Пианист
С потным лицом хирурга
Руками херувимскими
По клавишам как будто демиург
Возносит истины низкие
До тех измерений,
Что  вымысла выше,
Гений, посланный Всевышним
На утешение тварному -
Всегда с выбором гибельным
Русь товарная
глуха к блаженству си бемольному
12.1.26.

Быльё
Пока еще мой ялик на плову
И поплавок в порядке, и грузила ,
Мне в сорную не превратиться полову
Как ведьма чёрная грозила.

Писавшая все заговОры слитно,
Грех видя в правде орфографии,
Любившая гостиницы элитные
И уголовников из мафии...

Живу в избе не нумерованной
Пою в чащобе соловьем,
В оковы вовсе не закованной
В саду поросшему быльём.
13.1.26.

Звук
Я знала только отблеск тайного
Средь искажённых звуков,
Пока к Тебе не протянула руку,
Как будто неизменно пьяная ,
Казалось, так и сгину я,
Безверием умученная,
Но вот сегодня, в Литургию
Накрыла голову повинную.
Истёртою епитрахилью
Торжественность созвучий.

14.1.26.

Вечер
Вечер плакал над пламенной речью,
Поражённый слепой обидой ,
Не теряя меня из виду,
В высоте ты искал Млечный.

Говорил ,- "Никого не прощаю,
И тебя никогда не прощу."
Море пеной кидало чаек,
А гроза всё метала пращу.

Как грехами с тобой изувечены
Мы, для радости изобретенные,
А над нами летел ночью тёмной
Конь, звездою серебряной меченный.

15.1.26.

Чаша
Не забыть твоих строчек ночами,
Проносясь по арбатской стезе,
Что кричал мне, от неба отчаливая,
Будто грезивший при грозе.

И зачем мы с тобой закопали
В Переделкине тайну свою,
Размешали в хрустальном бокале
Иль в отчаянье, иль наяву.

И куда улетело венчание,
Общей чаши не тающий вкус?
Ложе брачное, ложью качаемое,
Я забыть почему-то страшусь.

16.1.26.

Портал
Я тебя не звала, не конючила,
Отдавала, но не брала,
Не выгадывала случая
Мокрой рощей босая брела.

За грехи, за гулянья бездумные
Провидение покарало -
Мне б душистыми гумнами
Поправлять перед вспашкой орало.

Я пришла из Руси домонгольской,
В двадцать первом мне тошно.
Не рыдай же по мне, брось ты,-
По порталу ступаю я в прошлое.

17.1.26.

История
Мне не сыскать нигде следы империи,
Искусственны дома, но не искусны,
Крадётся ночь воровкой на доверии,
Лоб разбивая- Господи Иисусе.

Двуглавый, гладью вышитый на пяльцах,
Истёрт прабабкой в крытых лагерях,
Где худосочная скиталица
Печаль делила с уркой на паях.

Ушла не поенная жажда мести,
Живу презренная в камнях у моря,
В абхазском пальмовом предместье,
Листая том не созданной Истории.

18.1.26.

Срок
Только б в срок вскочить на подножку
Уходящего настоящего.
Всё искала мерцания счастья,
Золочённого понарошку.

Кротко смотрит вагоновожатый
В окровавленном царском венце
Колесницей воздушной крылатой
С многознаньем на бледном лице ,

Полететь бы над спелыми пашнями
Чернозёмной засеянной далью,
Где в раздоре живые и павшие
За живых свою жизнь отдавшие,
Бескорыстно, не за медали.
19.1.26.

Н. Н. М.
Да так и было, так и было -
Летели мы тогда над миром,
Над ржавой жестью городов,
Удавленных удавкой проводов.

Любовь была единственным мерилом -
В стогах духмяных отдыхали,
Ловили карасей в прудах.
Принадлежали нам и дали,
И близи - мимо шла беда.

На звонницы мы были званы
Средь крупных белых птиц,
Мы прыгали по тучам рваным,
Не ведая людских границ.
Вставало солнце из-за рощи,
До нас докатывало,
Но оказалась неподъёмной плата
Чего бы проще.

20.1.26.

Вера
В.И.А.
Кровожадно черпал горизонт
Уходящий свет огромной ложкой
У которой позолочено стебло
Тяжестью старинной, ложной.

Пали сосны после урагана
Стыд корней распяв скабрёзно.
Ты пьянел мгновенно от стакана,
Бормоча из прозы поздней

Барда оттепельного безверья.
Полюс лютости рождает веру,
Блеск пенсне на фото Берии ,
Бдительность доносов изуверов.

Так болтали спотыкаясь на камнях,
Понтом лакированных Эвксинским ,
Было весело с тобой пока мне -
Пьяным, грустным и почти что близким.

21.1.26.

Сила
Ты часть той силы,
Что вечно хочет блага
А совершает зло.
(Она недавно правила Россией....)
Любить тебя смертельная отвага
Опасности назло
Шла за тобой по льду подтаявшему,
Садилась в лодочку
без дна,
Теперь прикладываюсь к водочке-
Одна,одна.одна.
22.1.26.

Трофеи
"Но в этой темной, деревянной
И юродивой слободе"
/Мандельштам/

С восторгом слышу строки древнего еврея,
С которым мир жестокий рассчитался
ржавою казной
А мне от изб достались бренные трофеи
Наличник выцветший резной.

Грабёж колхозный, развративший души
С мольбою вперемежку мат,
Кресты снесенные на море и на суше -
Почти что зримый Ад.

Но колокольный звон его озвучил,
Восстали новомучеников сонмы...
И обрусевшего поэта голос с кручи
Небесной звучит, обид не помня.

23.1.26.

Тверца
Остынет и этот ужин,
Накрытый на двоих,
Дороги ко мне завьюжены,
Мороз по губам, под дых.

Село меня прикарманило
В заваленной снегом халупе,
Погосты свои накрахмалило-
И в валенках, и в тулупе-

Теперь не дойти,наверное,
До братниной могилы.
Сестрицей злой и неверною
Беру я метель на вилы.

В Крещение, в прорубь вырубленную
Нырнет  тверячок в Тверцу
И  жизнь обменяет загубленную
На покаяние Творцу.
24.1.26.

Симонетта
С точностью ботанической
Утро идёт по цветам
На море Ионическом
Встретиться не нам.

И не найдем мы друг друга
В прохладной античности,
Ветры дуют упруго,,
Переходя на личности,

Ветер  бросает монету
С напряжённой челюстью,
Похоронив Симонетту
Боттичеллевскую.
25.1.26.

Солдат
Не взгляну я туда малодушно,
Где гремела без устали сечь.
По приказу там братик послушно
Погибал под железную речь.

Взгляд прощальный очей лошадиных
Помнить мне невозможно почти.
Взрыв достал в чужестранной лощине,
Где за Родину брат мой почил.

Был на курсе он самым умным,
Детских губ не откроет звук,
Не коснутся гитарные струны
Загорелых солдатских рук.

26.1.26.
Взгляд
О лодыжках грезя газельих,
Как повиснет мглица,
Сколько их друзей похмельных
В след мне обращали лица

И в школярских строфах ,
Путаясь в глагольных рифмах,
Воспевали гордый профиль
Из латинских мифов.
,....................

Ни Венерой ни Юноной ,
Сгорбленной печалью вечной,
Я ищу в Москве просторной
Взгляда человечьего.
27.1.26.

Слеза и пепел
Не быть душе поругаемой
Под тяжестью небосвода.
Судьбы никогда не знаем мы,
Не сыщешь брода.

Седа борода у барда,
Певшего мне на ухо
С назойливым азартом,
Влюблённого наглухо.

Пространны речи под градусом
Неостановимым потоком,
В старости мало радости,
Что лампе без тока.

То ли потоп ,то ль крещение
Нам в эпохи отчаянья-
Пепел Клааса отмщения
Или слеза покаяние.
28.1.26.
Осколок
Дедушка мой осколочек
Мирового духа.
Где ты, расстрелянный сволочью
В отеческой разрухе,

Унесённый ветром
От Донской скудельныцы,
Не доступный смертным
С молчащим сердцем.
29,1,26,
Москва
 Янусов месяц двуликий
Январь, нахлебавшись снегом,
Дворников разноязыких
Кормит насущным  хлебом
Для многодетных окраин
Снег белокаменной- манна.

 Колокол мерзлым ударом
Утром рассыпит искры
По хоженным тротуарам
Елям смолистым.

 В гору взойду Воробьеву,
Под небесной битвой
За Герценым с Огоревым
Без клятв с молитвой.
30.1.26.

Симон Кананит

Палочки свечек копеечных
К картонному иконостасу
Ставлю в песок, но гаснут
От ветра в руине вечно.

Здесь допросили абазги
Сосланного Кананита,
Мудрость спасая от сглаза,
Бросили в реку убитого.

След его кровавый
Моет речка на камне,
Но не смывает веками
Страшную судий расправу.
31.1.26.