Четыре масти

Жизнь-жестянка, крутит-вертит, то тузом, то шестёркой,
То обнимет, как родная, то толкнёт за упокой.
Но грешок один имею, не судите, мужики,
Что храню я в сердце память той немыслимой тоски.

Не прошу у Бога чуда и не жду пустых вестей,
Просто в памяти мешаю я четыре разных масти.
Глубоки, как Волга-матушка, чисты, как небеса...
Эти женские глаза — и беда, и чудеса.

А в глазах четыре масти, как по картам нагадали,

То дарили море страсти, море страсти, то на сердце камнем пали.

Синий, серый, карий, чёрный — мой пожизненный конвой,
И горит с тех пор во мне их огонь шальной, ой, шальной.

Синий — омут, как на зоне, затянуло с головой,
Серый — дворик на районе, где я был всегда как свой.
Карий — искра, пламя, вечер, помню вкус того вина,
Чёрный — ночь, одна лишь встреча, а запомнил навсегда.

Каждый взгляд оставил метку, как на сердце финка след,
И покоя души нету вот уже немало лет.
Раскидала жизнь-плутовка, не оставив козырей...
Но за них я, без уловки, стал и старше, и мудрей.

А в глазах четыре масти, как по картам нагадали,

То дарили море страсти, море страсти, то на сердце камнем пали.

Синий, серый, карий, чёрный — мой пожизненный конвой,
И горит с тех пор во мне их огонь шальной, ой, шальной.

Вот такая, брат, история...
Простая, как слеза.

А в глазах четыре масти, как по картам нагадали,

То дарили море страсти, море страсти, то на сердце камнем пали.

Синий, серый, карий, чёрный — мой пожизненный конвой,
И горит с тех пор во мне их огонь шальной, ой, шальной.

Огонь шальной...

Карий... чёрный...