За закрытыми дверями

[Куплет 1]
Постоянная усталость — не физическая, экзистенциальная,
Просыпаюсь уже уставшим, но всем говорю: “Нормально” — банальная
Ложь, что стала второй натурой, automatic response,
На вопрос “Как дела?” — потому что правда слишком intense.

Burned out к тридцати, но отдых — это guilt,
“Настоящие мужики работают” — этот культ built,
На идее, что твоя ценность = твоя productivity,
День без достижений — потерянный день — этоidity.

Три работы, чтобы свести концы с концами — struggle,
Не признаваемый публично: “Я молодец, справляюсь” — double,
Жизнь: одна показная для социальных медиа,
Другая — реальная, где я тону в долгах — не комедия.

Финансовая грамотность? Никто не учил — родители сами,
Не знали, теперь я repeat их ошибки — кругами,
Замкнутыми: кредиты, чтобы закрыть кредиты,
Shame признаться, что не справляюсь — эти обиды.

[Припев]
За закрытыми дверями — мы совсем другие,
Не те герои, что показываем миру — живые,
Люди с трещинами, страхами, слабостями,
Но признаться — значит потерять маскулинности.

[Куплет 2]
Performance anxiety — в постели, на работе, везде,
Constant pressure быть лучшим, сильнейшим — в беде,
Когда реальность не соответствует expectation,
Но обсудить? С кем? Мужчины не делятся — isolation.

Porn addiction — начал в четырнадцать, теперь тридцать,
Не могу без этого функционировать — зависимость признать,
Стыдно, но индустрия нормализует, делает доступным,
Escalation неизбежна: то, что возбуждало, стало неподходящим.

Relationships страдают: unrealistic expectations,
Intimacy проблемы, but I can’t talk about — implications,
Слишком стыдные, “мужчина всегда готов”,
Но когда твой мозг rewired порнографией — готов.

Gaming addiction — escape from reality в виртуальный мир,
Где я контролирую что-то, где есть clear goals — ширь,
Возможностей, в отличие от жизни, где я чувствую себя powerless,
Twelve hours в день в игре — но это “хобби” — flowerless.

[Припев]
За закрытыми дверями — мы совсем другие,
Не те герои, что показываем миру — живые,
Люди с трещинами, страхами, слабостями,
Но признаться — значит потерять маскулинности.

[Куплет 3]
Отцовство — terrifying, но признаться нельзя,
“Ты должен быть счастлив” — но я в панике, я,
Не готов, не знаю, что делать, боюсь облажаться,
Paternal postnatal depression — у мужчин тоже — распадаться.

Можем, но об этом молчат: 10% отцов страдают,
Но support нет, потому что “мужчины не депрессуют” — не знают,
Как попросить помощь, когда должен быть strong для семьи,
Provider, protector — но я сам тону — возьми.

Aging — седые волосы, лысина, морщины, вес,
Body changing, но говорить об этом — not manly — стресс,
Молчаливый, когда смотришь в зеркало и не узнаёшь,
Себя, relevance ощущение уходит — ты поёшь.

Молодёжь не понимает references, технологии — сложны,
Чувствуешь себя obsolete, но должен быть уверен — ложны,
Все эти улыбки, когда внутри — экзистенциальный кризис,
“Что я оставлю после себя?” — вопрос без ответа — анализ.

[Аутро]
За закрытыми дверями — но дверь можно открыть,
Начать разговор, который нас может освободить,
От бремени performance, от необходимости быть идеальным,
Мужественность — это не маска, а быть реальным.

Я не призываю к слабости — я за honest strength,
Которая признаёт уязвимость, не скрывает — length,
Пути к healing через openness, не через молчание,
Которое убивает нас медленно — это признание.

Следующему поколению мужчин: you’re allowed to struggle,
Allowed to не знать ответов, to feel — не brutal,
Expectation постоянной силы — это unrealistic,
We’re human first, мужчины second — не statistic.

За закрытыми дверями мы все одинаковы: scared, tired, trying,
Разница лишь в том, кто смел признаться — not lying,
О своём состоянии, о том, что помощь нужна,
Revolution начинается с одного слова: “Я не справляюсь одна”.