За кулисами

За кулисами — ложь густая,             
Где забытые роли спят.
Маски брошенные устало               
О неслышимом говорят.

Смехи, вздохи зеваний сонных,               
В голых паузах —  пустота.
Не понять — то предел высокий,
Иль мечтаний витых тщета.               

Рок незримо идёт тропою
Под софитом, увы, слепым.
То споткнётся о взлёт порою,          
То улыбку уронит в дым.

Вечность —  пауза затяжная,
Тонем истово без следа,
Из молчаний рождая знамя               
Слов несбывшихся навсегда.               

Тает жизнь, убивая пламень      
Слёз, часов, тишины и свеч.               
И горит на губах стихами, 
Чтобы век немоты сберечь.   

В этом воске — два отпечатка,
Где стремление вяжет страх
Отголосками драк молчаний,            
Заключённых в кривых умах.      

Зритель я - ты играешь мною.
Я — игрок - за двоих веду
Всю игру, что хитра порою,    
Но спасительная в бреду.

Всё меняется быстро, очень,
Режиссёр говорит: «Наглей!»,               
Забывая сценарий общий               
В дикой смене чужих ролей.               

На ходу происходят игры,
Сцены следуют вновь и вновь.
Не успеешь понять, что влип ты,
Сразу новый укол готовь.               

Только слышно – под кожей бьётся,
Как твой собственный, дикий пульс.
Он и есть правота колодцев!
Он и есть потолок искусств!       

Вот и весь сюжет. Бесконечность
Порождает обет сует.
Боль уходит, а время лечит       
То, чего и в помине нет.

Роем вялых аплодисментов   
Отчеканят твои шаги               
На пустой деревянной сцене,         
Чтоб века уступить другим.

Тишина — вот, что мы внимали,
Глядя в зеркало, не дыша.
Там сгорали сердец вуали.
Но часы на стене спешат               

И игра будет продолжаться,
Соблюдаться декады лет,
Разобраться там сложно, братцы,
Так как в ней проигравших нет.               

Каждый выиграл миг свой краткий,
Проживая, как мог, умел,
Наблюдая сей мир украдкой
Между скроенных богом дел.

Это - мы, только мы и тихий
Вечный миг да глухой туман,
Что ментоловым небом вспыхнет             
Посреди камыша саванн.

Это наш бесконечно нежный,
Недописанный диалог – 
Счастья ток в полынье безбрежий,
Между слизанных кем-то строк.