Про другое море

  В тот, казалось бы обычный рутинный день очередного океанского перехода, было сказочное утро и солнышко, недавно вставшее далеко за кормой, подсвечивавшее гребешки встречных волн, от которых до слёз рябило в глазах. Ленивые чайки летали вокруг судна, ожидая, по-видимому, завтрак, привыкнув к ежеутренним, и не только, коковским подачкам... Дельфины экскортировали нас у форштевня. И, хотя с мостика они не были видны, но они были. Всегда.
Выпив по кружечке дежурного кофе с вахтенным матросом, я отпустил его для замера температуры в пульпе бананов, которые мы везли из Индонезии в ОАЭ.
Закончилась вахта. После завтрака, я по сложившейся привычке обходил судно на предмет обнаружения какого-либо непорядка... Матросы во главе с боцманом работали по заранее написанному плану.
Шла напряжённая борьба...
Как на флоте говорится, "до обеда с голодом"... После обеда она продолжится, но уже со сном. Потому вся команда, как всегда, с нетерпением ждала
полудня, за ним следовал "адмиральский час".
Обед проходил оживлённее... Впрочем, как всегда. И сразу, - сон. До часа дня, потому некоторые члены палубной команды успевали поесть за пять минут, что бы дольше поспать. Но потом, вместо привычной команды "продолжить судовые работы", была "старпому срочно прибыть в каюту..." Это была каюта моего рулевого. И время сжалось... Коллега, матрос из палубной команды, случайно зашёл в каюту Александра...
"Качали" мы его вчетвером, поочерёдно меняя друг друга. Искусственный массаж сердца, дыханье рот в рот. Полчаса, как нам посоветовали из службы спасения. Капитан связался с Римом... Не помогло. Никогда не думали, что так можно устать. Сами еле дышали. Потом было всё согласно протоколу... Связались с центральным офисом, судовладельцем, они со вдовой. Решено было доставить Сашу домой... Хотя можно было похоронить его по морскому обычаю. Мы находились в середине Индийского океана. Запаковали его в воздушный мешок и поместили в морозильную провизионную кладовую, где температура воздуха была - 18°С. О чём была сделана запись в судовом журнале.
  А в 16 часов я был снова на мостике.
Но уже один. За четыре часа вахты было о ком и о чём подумать. Я размышлял о превратностях судьбы отдельно взятого человека.
Саша любил рассказывать о себе. О чём только не переговоришь четырёхчасовыми ходовыми вахтами. Смотришь в иллюминатор за окружающей обстановкой и доверяешь, доверяешь собеседнику. Александр до нашего судна работал на современных европейский контейнеровозах, где все операции практически автоматизированы. На нашем же тридцатилетнем "японце" всё было наоборот. Кого прогневал Саша из начальства, он не говорил. Но ту, более легкую в физическом плане и лучшую, в материальном смысле, работу, он потерял. У нас же был "каменный век". Всё в ручную "на пупа". А мужику нужно работать, семью кормить. Вот и подвернулась наша "лайба". Представьте, внутренние крышки трюмов закрывались при помощи канатов и блочной системы. Это вместо современной гидравлики!
Все видели весёлые флотские соревнования по перетягиванию каната? Так вот здесь с другой стороны тяжеленная крышка... Парусный флот времён  Колумба и всё тут. Он так и говорил, что попал на галеры... У него просто не хватало физических сил. Просил капитана о списании его с судна.
Тот обещал, но в следующем порту. У сороколетнего парня накопилась полугодовая физическая усталость... Работа в тропической зоне, повышенная влажность и физическая работа практически на износ. Не работающий кондиционер. И вот итог.
 У моряков рейс на рейс не приходится. По сути такой форс-мажор мог бы случиться с любым из нас, что подтверждается
статистикой. И сразу на сердце становится так тоскливо. Всех жалко. И себя любимого... Всему экипажу нужно было пережить ночь с одной и той же мыслью "сегодня ты, а завтра я"...

  Но случилось вероятное невероятное... В самом конце моей вахты капитан прибежал на мостик. Подменил меня. Хорошо что судно имело крен на правый борт один градус, который не дал распространиться мазуту
по всей главной палубе. Нам ещё повезло, что боцман решил спать на тамбучине трюма на свежем воздухе. Он и поднял тревогу. Мы всей командой при свете прожекторов до полуночи убирали ветошью остывающий флотский мазут до стопроцентной чистоты. Устали, ползая на карачках*, как говорится, от мала до велика, всем эипажем. Тяжеловато иметь два форс-мажора за день... Зато спали потом, думаю, как убитые.
  На следующий день утро повторилось. Почти для всех. И снова чайки были и дельфины... Но море было другое.


______
*Карачки — поза, при которой тело человека в качестве опоры имеет обе руки и обе ноги.