Ведомый

Слегка накатывает на песок волна.
По белой набережной в ярком свете дня
среди прекрасных дам с собачками одна
глядит по-чеховски в лорнетку на меня.

Хотя, возможно, просто поиск на авось 
ведет тургеневская Ася. Этой плен
неразделенных чувств покинуть удалось,
сбежав от мнительного господина Н.

Мне тоже хочется сбежать куда-нибудь.
Готов жюль-верновский аэростат давно.
А было б лучше в "Наутилусе" махнуть
да в Марианской впадине залечь на дно.

Но Руставели с беспокойною душой            
не позволяет бить баклуши тут и там.
И неприкаянно брожу я сам не свой
в тигровой шкуре по неведомым местам.

Все чаще видится при лунном свете мне
над тихой улочкой, где воздух свеж и чист,   
последний лист О'Генри на стене,
неопадающий последний желтый лист.


Рецензии