Знаешь

Привет.
Приятно, что пришёл.
Как дела?
Да у меня тоже всё хорошо.
Ты проходи, не стой.
Садись за стол.
Чая нет, извини.
Знаю, глупо,
 обманула,
 не подумала.
Взгляд туплю.
Чего позвала?
Сказала бы, да невмочь.
Честно, просто
 мысли разрывают черепушку в клочья,
 пробирают аж до позвоночника,
 особенно ночью.
Просто
 хотелось с кем-то поговорить.
Поболтать о бессмыслице,
 о бессоннице,
 о том, что жрёт изнутри.
Чтобы отговорили от безвылазной тоски.
Полежать на чужих коленях,
 и чтоб перебирали волосы.
Задать все тревожащие вопросы.
Чтобы хоть на секунду вытащили,
 помогли,
 чтоб на мгновение отлегло.
Знаешь, не помогает уже бухло.
Хотелось почувствовать чужое тепло.
Хоть какую-то нужность,
 нежность.
Здесь одной, знаешь, холодно.
Не дом, ей богу, ночлежка.
Знаешь, жить — это так неудобно,
 невесело.
Я будто снова на море.
Рыбы шепчут волнам секреты,
 я зачёрпываю в руки ракушки,
 а они мне ладони режут,
 сливаются красным песчаным месевом.
И волны шумят.
Слышишь?
Будто моя душа.
Она не дышит,
 слышишь?
Она сиротливо скулит и стонет.
Слышишь?
Она захоронена
 белым-белым ягнёнком
 в какой-то холодной лачуге.
Знаешь, у меня полумёртвые руки,
 и тело холодное, замёрзшее.
Будто закрытый перелом сердца.
Не живу уже — движусь, как по инерции.
Я давно распадаюсь на миазмы
 и колосья ржи.
Я будто облита горящим спиртом,
 и не знаю, как потушить.
Остаётся гореть метеором
 и пытаться, зубы сжимая, не выть.
Как жаль, что к жизни не выдают брошюрку о том,
 как её жить.
Знаешь,
 чего это я.
Просто задумалась.
Вслух всё равно не скажу эту чушь.
Проходи, куртку тут брось.
Кровать там.
Подождёшь?
Я только по-быстрому в душ.