Завещала нам прапрабабкина мать

Я сегодня хочу всем добра пожелать,
Окончанья войны, мира нашей стране,
Всем свободно дышать, никому не страдать,
Чтоб не снились кошмары во сне!

Я хочу, чтобы крынки висели на тыне,
Чтобы тын у избы никому не сломать.
Было так испокон, будет так и поныне,
Так решила моя прапрабабкина мать.

И она завещала жать рожь и пшеницу,
За скотиной ходить, пряжу прясть и валять,
Чтобы двор и избу берегли как зеницу,
Завещала нам всем прапрабабкина мать.

Только нет той избы на холме, нет тех крынок.
Что же мне ей сказать, перед ней отвечать?
Мне б туда, чтоб коснуться обломков, травинок.
Ты прости нас за все, прапрабабкина мать!


(Моя картина, здесь не та изба. Но я как-нибудь решусь и напишу по памяти и её написать.
Вспоминаю липецкую область, холмы, ковыль волнами плывёт, и меж холмами журчит небольшая речушка с хрустальной, обжигающе ледяной родниковой водой. Я приезжала туда каждое лето на несколько недель. Это была родина моей бабушки, и там жили её родные. И я сама себе вспоминаюсь: маленькая босая красивая куколка с распущенными волосами цвета одуванчика, который сейчас гляди улетит. Несусь с холма к этой речушке, чтобы умыться. Полотенце развевается на лету, отпугивает страшных, шипящих гусей... А впереди целая жизнь.)