Следопыт

В углу под тенью кабинета
Клубится дымом сигарета.
Казенный стол, казенный стул.
В окошко Месяц заглянул.
Стол освещает сверху лампа,
Как луч от театральной рампы.
А по периметру стола
Стопой разложены «Дела».
Средь этой всей макулатуры,
Законов и литературы,
Не поднимая тяжких век,
Работой занят человек.
Полувоенный, полуштатский,
В чинах, но не советник статский,
Лицом немного побледнел,
Устав от многотомных «Дел».
Легко узнает искушенный
И в судьбы мирских посвященный
И мужа в нем, и патриота
Нелегкой следственной работы.

С времен далеких Вавилона,
В пределах действия Закона,
До наших современных дней
Он правит судьбами людей.
Так, он сидит и что – то пишет,
Как будто ничего не слышит,
От мира словно отрешенный,
В живые судьбы погруженный.
Пред ним сложнейшая проблема,
Сравнима с тайной теоремы:
Ведь надо точно разрешить
Кому, какой закон вменить.
Чтоб, невзирая на призванья,
Чины и должности, и званья
Гражданским или уголовным,
Но справедливым бить законом.
И в каждодневной той работе,
В грязи копаясь и болоте,
По следу точный путь пройти,
И тайну истины найти.

Карпит над «Делом» следопыт…
Но вот, сигналом «SOS» летит,
Что где – то, некто вор – грабитель
Пробрался в тихую обитель.
Унес с собой и то, и это,
И не оставил след, приметы.
Лишь плоскость стен, как велотрек,
Да прошлогодний талый снег.
Да чью – то скорбь, утраты соль,
И слез отчаянья, и боль,
И жизнь короткую на всех
Оставил без мирских утех.
И, как неистовый укор,
Зловещий вынес приговор
И веру в будущее в прах
Разбил, вселяя в души страх.
Вор не заботится о «ближнем».
Как в преисподне, только в «нижнем»
Оставив «грешного» в беде,
Паршивый канул пес в воде.

По сводке глазом пробежав,
Прикинув сумму грабежа,
Наш следопыт летит в машине,
Забыв об отдыхе отныне.
И, как маститый прокурор,
Всем беззакониям террор
Он объявляет, и без лести
Проводит следствие на месте.
Взгляд, бросив профессиональный,
План действий вывел моментально.
Вокруг все поглотила тина,
Но для него ясна картина –
Проклятый, пресловутый вор
Сумел открыть дверной запор,
«Очистив», завернул в сукно,
Как кошка, выпрыгнул в окно…
Но вскоре был задержан тот,
Кто так хотел переворот
Внести в спокойное теченье,
Ко всем являя нетерпенье.

И вновь привычная работа.
Пред ним сидит тот самый кто – то.
Глаза их встретились на миг:
В одних – тепло, в других же – крик!
Но не души, а крик отчаянья,
Как будто он здесь «гость» случайный,
И будто сможет «улизнуть»,
И завести на ложный путь.
И, как под дулом пистолета
Столкнулись взгляды – интеллекты
Противоборствующих сил:
Закона честь и «воротил».
Мошенник вертится, лукавит,
Но следопыт законом правит.
Да, что Закон, вся жизнь на карте
В извечном нравственном азарте.
И загнан в угол, и повержен,
С пути бесчестья враг низвержен.
И сарказтический оскал
С лица «неверного» опал.

Вокруг собратья все земные,
Уже давно сны голубые
В ночи под пледами глядят
И безмятежно мирно спят.
Им невдомек, что где – то рядом,
Усталый, с воспаленным взглядом,
Заблудших судеб исцелитель,
Хранит их тихую обитель.
Что и ему, как всем, простые,
Не чужды радости Земные.
И он хранит в душе их страсть,
Где неги чувств пленяют всласть.
И он, порой сентиментальный,
Как рыцарь – праведник опальный,
Взгрустнет, о светлых днях мечтая,
В кругу друзей, за чашкой чая.
И он бы отдохнул немножко,
Но лунный диск взглянул в окошко,
Напомнив о земных делах…
И вновь перо в его руках.

И не до сна, не до покоя,
Пока живут средь нас «герои»
Безлюдных, темных уголков,
Кишащих стаями «волков».
Пока беда к кому – то рвется
И диким криком отзовется
Среди ночи немой, звенящей,
У Бога помощи просящей.
И не разорваны границы,
Где беспредельно проходимцы
Вершат все грязные дела,
Где сажи чернь для них бела.
Пока еще пред нашим взором,
От слез опухшие, с укором
Встают молящие глаза,
И над судьбою их гроза
Нависла «черною дырою»,
Всё подминая под собою
Своей костлявою рукой,
Не ведом рыцарям покой!

Листая пухлых «Дел» страницы,
Вникая в быль и небылицы,
Он тяжкий груз несет как пленник,
Где правды суть бредет сквозь тени.
Но, взбудоражив мир преступный,
Для нас для смертных недоступный,
Вердиктом права рубит гниду,
Беря в заложницы «Фемиду».
Чтоб непорочность человека
Щитом презумпции навеки
От посягательств оградить,
И справедливость утвердить!
А тех, кто не в ладу с Законом,
Сравнив себя с Наполеоном,
И грязною своей рукой
Ломают счастье и покой,
Готов немедленно пресечь,
«У головы мечом надсечь».
Чтоб помнил каждый гражданин -
Закон над Миром Властелин!

Не дремлет дымный кабинет…
А сквозь окно белеет свет
Зарею утренней с Востока.
И надо всё успеть до срока.
Заполнить нужные страницы,
Собрать все факты по крупицам.
Отправит по своим местам
Кто коротал с ним ночь, но сам…
Тяжелых век сомкнуть не вправе,
Сквозь линзы в роговой оправе,
Скрывая боль усталых глаз,
«Грызет» «Дела» в который раз.
Скрипит бумагою перо,
Событий нить вершит оно.
И строчки ровной чередой
Одна ложится под другой…
Закончив этот бренный путь,
Быть может, вспомнит кто – нибудь,
Труды забвенью не предаст
И Славу должную воздаст!

В свою же очередь, читатель,
Всех детективов почитатель,
Герою рукотворных строк
Мы все же пожелаем впрок:
Спокойных без тревоги дней,
И безмятежности ночей,
И светлой радужности грёз,
И сладость горьковатых слёз,
Счастливых встреч после разлук,
И тонкий запах нежных рук,
И прелесть таинства свиданий,
И исполненья всех желаний!
А если жизнь полна забот,
И лоб укрыл прозрачный пот,
Что ж, видно, нужно все забыть,
И беспредельно проявить
С улыбкой доброю в глазах
Сердечность к людям и в делах,
И ко всему без исключенья
Хранить великое терпенье!

Павел Ангеловский август 1991г.