Случай у моста

Уж почитай вторые сутки
        на водоеме суета:
там с чайками подрались утки
        за хлебный мякиш* у моста.

Все началось с невинной шутки:
        матерый селезень Иван,
метая бомбы над маршруткой,
        попал водителю в карман.

И, улетая от погони,
        он зацепил за провода.
Но все равно — «нас не догонишь»,
        а там, внизу, уже вода.

Но у воды, у самой кромки,
        средь белых чаек был боец —
великолепный, чуткий Ромка,
        отец семейства и пловец.

Иван с разбегу словно в лужу,
        скатившись вниз, как снега горсть,
попал на чаек скромный ужин,
        ну, как попал — как в горло кость.

Глава семьи недолго думал,
        и, чтоб ущучить наглеца,
призвал на всякий случай кума,
        и, с ним, соседа-молодца.

А мимо утки пролетали,
        увидев этот беспредел,
они миндальничать не стали
        и тоже ринулись к воде.

Друг друга ластами метеля,
        мотая клювом и хвостом,
те чайки уток одолели,
        а утки — тоже, их, потом.

Все очевидцы это драмы
        не знали с чем ее сравнить.
С подушками на пилораме?
        Мою улавливаете нить?

Мораль — ядро любых историй,
        у нашей тоже есть она:
путей для драк быть может  море,
        причина — веской быть должна.


*за хлебный мякиш, т.е. без серьезных причин (старая птичья поговорка).