Сон на Графской пристани

Град из камня, рожденного морем,
Светом южным и солнцем согрет.
Он открыт всем ветрам и просторам,
Там в акациях тонет рассвет.

В духоте твоих двориков пряных,
Где покой и полуденный зной,
На гранитных ступенях нагретых
Дремлет кот, никому не родной.

И прижавшись к стене, чьи щербины
Помнят грохот, и порох, и сталь,
Он свои видит рыбьи глубины,
Где покоится флота печаль.

Он мурлычет сквозь сон, вспоминая,
Как прижат был к матросской груди,
Как, причалы свои покидая,
Флот оставил свой дом позади...

Крик назойливой чайки гортанный
Резко вырвал из мира теней,
И людской разговор, беспрестанный,
Становился слышней и сильней.

Кот отлично усвоил науку:
Где толпа — там и пища падёт.
И, стряхнув с себя сонную скуку,
Он пошёл, где теснился народ.

Средь туристов, снующих вальяжно,
И матросов, что строги на вид,
Он искал одного, кто сердечно,
Просто так, от души угостит.

И сквозь шум этот, пестрый и бренный,
Видит кот, как на Графской стоит
Молодой лейтенант — и парадный
Белый китель на солнце горит.

Лейтенант, отвернувшись на миг
От слепящей морской панорамы,
Вдруг увидел, как рыжий старик
Примостился у ног так упрямо,

Улыбнувшись, как давнему другу,
Позабыв про морской горизонт,
Он свою протянул ему руку,
Лбом уткнулся в неё старый кот.

Так закончились годы скитаний,
Одиночества замкнутый круг.
У кота средь случайных касаний
Отыскался единственный друг