О казнях и пытках в средневековье

В подвалах замка, где сквозняк и мгла,
Где камень потом и слезами промок,
Скрипит лебёдка, тяжела, строга,
И эхо множит чей-то хриплый вздох.
Здесь воздух пахнет страхом и золой,
И факел тусклый пляшет на стене.
Здесь правда — лишь игрушка под рукой
Того, кто правит в этой тишине.
Вот «Дыба» тянет жилы, словно нить,
Суставы с хрустом рвутся из оков.
Инквизитор не спешит спросить,
Он ждёт, когда ответ почти готов.
«Испанский сапог» дробит кость ноги,
Железо входит в плоть, сжимая крик.
«Молчишь, еретик? Господу не лги!» —
Шипит палач, чей страшен тёмный лик.
А рядом «Колыбель Иуды» ждёт,
И «Нюрнбергская дева» — смертный транс.
Здесь разум в муках медленно умрёт,
Теряя веры и надежды шанс.
Железной маской кроют позор,
Клеймом горячим метят на века.
И каждый стон, и каждый приговор —
Лишь тень от взмаха судейской рука.
Так век за веком, в сумраке глухом,
Творилось правосудие огня.
И лишь седые камни под замком
Хранят ту боль до нынешнего дня.