Товарищ следователь читает лирику
Мою–порочную, некрасивую.
Ком в горле навис тяжкой гирею,
Но я тяну ухмылку смешливую.
«Это намек на власть?»
Нет, что вы, товарищ, неправда!
Он зевает, разинул пасть,
И я задыхаюсь от смрада.
В его рту зубастом, гнилом
Сливаются зубы в улыбку,
А в груди моей метроном
Ожидает вопрос на засыпку.
Он щурится, листает блокнот
И каждый взгляд как кинжал.
Ждет ли меня эшафот?
Или все таки сжалятся?
«Вы в этой рифме видите забаву?
А в этой строчке что-то про карт-бланш.
Вот здесь, Поэт, совсем не по уставу,
И в этом слове тоже есть нюанс».
И вдоль и поперек в моих стихах не так,
Не так красиво сказано про государство.
И в полумраке его часов «тик-так»
Лишь приближало меня к мытарству.
Дело сделано. «Чего вы трясетесь?
А ведь красиво, – «языки огня красного…»
Статья за террор. Признаетесь?
Или продолжим разбор прекрасного?»
Свидетельство о публикации №125113007918