Веснушки

13.01.25
Шла осень.
Нелюбовная пора;
Одиноки души нашли друг в друге зеркала.
Они смеялись, были радостью мгновенной,
Ходили в парке, вслушивались в поп.
ДжазОвые звучания и Веры, и Танков - прошенных как рок.

Они хотели видеть счастье
И вроде как нашли его,
Давайте окунемся в одночасье
Что - что, да как, Кого? Чего?

Он видел в том, что все её движения,
Что каждый звук или намёк -
Разрушит радости строение. Потому:
Подкидывал дрова в их огонёк.
И я уверенно глаголю - он психовал большой любви.
И как тот не пытался преподнести её здоровой,
Чуть-чуть терялся в ревности дали.
И лично сам, могу сказать, что видел -
Нормальный был он паренёк.
Давал он больше, даже если выцвел -
Тревожный правда, но любил и верил -
Больше всех тревог.

Поговорим о более прекрасном.
Надеюсь стих здесь будет лучше лить.
Поговорим о том, как в цвете красном
Весь мир могла та окружить.

О бешеной энергии спокойства,
О том, как в голове болеть,
О том, как выявлять уметь расстройства,
И в душеньках людей сидеть.
Она была идеализмом,
Она - классическая проповедь Христа.
Душа её - пуста цинизмом
И преисполнена огнивом до бела.
И самое высокое в ней видно,
Но обижается она,
Когда ты превозносишь её к лирам,
От того и разрывается душа.
В ней простоты прекрасной много
И впечатлялся целый мир,
Когда в тени страданий, одиноко -
Она поёт. И в удивлении Шекспир.

И в помощь к ней бежать не надо,
Она сильна, закрыта и умна.
Она глубокая натура
И только правду говоря её уста.
А если слабость вдруг обрушит
Её возвышенный Олимп,
То ничего ум не тревожит,
За то, он к голове её приподнял нимб!

Пришла зима. Они любили.
И может даже крепла их любовь.
Но сквозь приятность неженных обилий,
Два голубя осенних забывали вновь и вновь,
Что сколько б не приложено усилий,
К моральным тяжестям ни один из них не был готов.

Тоской пропахло в каждом шаге,
И каждый выход в свет был нелюдим.
Пытали разумы свободы, не иначе.
Две птицы, по итогу - серый дым.
Лишь ночью темной под луною,
По обесснеженным полям,
Таскали голуби с лихою
Любви своей беспечный жар.
И после встреч своих горячих,
Хотели вновь они любить.
Наверное от того, зима была не важной,
Что пыл любви их, нельзя было сломить.

Я не хочу явиться здесь страдальцем,
И выражать обид я не готов,
Пора в названии сей стиха мне оправдаться
И подвести малюсенький итог.

Два голубя, любившие со страстью,
Ну я про тех, о ком в начале молвил я,
Содравши цепи, улетели к горизонту, к счастью -
Один на север, другая на юга.

Она. Она нашла новинку в старом,
И вновь решила разложить,
По полочкам умов своих старанья,
И не боялась согрешить.
А в прочем, она не забывала,
И то старье нельзя назвать,
Забытым хорошо запалом.
И я могу её понять.

Но было в ней, всем загляденье -
Веснушки на её лице.
Весной лишь ранней, точки эти,
Раскроют правду всей её душе…