Фемида

Она не зеркало, что вечно лжёт,
Кривляясь в бликах золота и меди.
Её повязка — вечный тёмный лёд,
И ей неважно, кто пред нею — беден
Или богат, здоров или болен,
В лохмотьях раб или в венце тиран.
Её закон бесстрастен и спокоен,
И чужд ему любой земной обман.

Когда-то в древности, в рассветный час эпох,
Она держала рог изобилия.
И каждый вздох, и каждый тихий слог
Был полон благодатного всесилия.
Весы остались. Чаши их дрожат,
Взвевая тяжесть правды и проступка.
Но почему её холодный взгляд
Отринул дар, что был так благ и хрупок?

Зачем она, отринув этот рог,
Взяла в ладонь карающую сталь?
Не потому ль, что есть всему свой срок,
И милосердию знакома и печаль?
Не потому ль, что сказано давно,
Сквозь толщу лет, заветов и молитв:
«Всякую ветвь, что не даёт зерно,
Он отсекает» — и клинок горит.

И меч в руке — не прихоть, не каприз,
А лишь ответ на пустоту и тлен.
Где нет плода, там слышен стали визг,
Там справедливость не приемлет плен.
И дар, и казнь. И милость, и закон.
Она слепа, чтоб видеть только суть.
И меч её — последний бастион,
Чтоб миру в хаос не сорваться с круч.