Гистрионное расстройство личности

«Гистрионный» —от латинского histrio (актёр), которое означает театральный, демонстративный, сверхэмоциональный. Оно используется как синоним термина «истерический», например, при описании «гистрионного (истерического) расстройства личности», характеризующегося потребностью во всеобщем внимании и чрезмерной эмоциональностью


Гистрионное расстройство личности - это расстройство личности, при котором человек склонен быть чрезмерно эмоциональным, ищущим внимания, драматичным и чрезмерно интерактивным в отношениях. Это расстройство обычно проявляется в молодом возрасте. Люди с гистрионным расстройством личности постоянно ищут внимания и одобрения со стороны окружающих.


Характеристики, связанные с понятием «гистрионный»

    Потребность во внимании: Человек постоянно ищет внимания и одобрения окружающих.
    Театральность и демонстративность: Эмоции выражаются преувеличенно, с использованием драматичных жестов и мимики.
    Поверхностные эмоции: Чувства кажутся поверхностными и быстро сменяются.
    Манипулятивное поведение: Используются флирт, сексуальная провокационность, а иногда и демонстративные попытки самоповреждения для привлечения внимания.
    Эгоцентризм: Фокус внимания направлен на себя и желание быть в центре событий.
    Внешний вид: Часто проявляется интерес к экстравагантной или модной одежде и внешности, чтобы произвести впечатление


В чем разница между театральностью и мелодраматизмом?

«Истеричный» относится к тонам, жестам и движениям и предполагает преднамеренную аффектацию или зрелищность. «Мелодраматический» предполагает преувеличенную эмоциональность или неуместную театральность.




Такие люди, в любой компании и любой ситуации стремятся стать центром внимания. Такие люди делают всё, чтобы произвести впечатление, иногда прибегая для этого к вызывающему или наигранному поведению.
 В общении они часто прерывают других и переводят разговор на себя. Не-получение восхищения со стороны окружающих, в свою очередь, способно вызвать в них чувства обиды и подавленности (впрочем, весьма непродолжительные).

Они очень внушаемы, а их желание угодить любому, с кем они хотели бы поддерживать взаимодействие, огромно. В разговоре они склонны прибегать скорее к экспрессии, нежели к детализации. Данную экспрессивную манеру общения они обычно стремятся подкрепить теми или иными внешними характеристиками, будь то необычная причёска, яркий макияж или одежда. Такие люди как правило — «душа вечеринки». Описанные характеристики присущи истерической личности.

От нормы к патологии.

Многие читатели, наверняка, найдут отдельные черты истерической личности в себе. Общественные стандарты западной цивилизации таковы, что дружелюбие, экспрессивность и общительность как правило встречают поощрение.

Нормальный вариант истерической личности предполагает фокусировку на чувствах, эмоциональную обработку информации из внешнего мира, открытое и непринуждённое проявление эмоций. Здоровые истерические личности следят за своей физической привлекательностью, сознательно одеваются так, чтобы нравиться лицам противоположного пола. Многие из них обладают хорошей интуицией и быстро считывают эмоциональные реакции других людей. Для них не составляет труда заводить знакомства и вступать в отношения, и они охотно это делают. Будучи уверенными в собственном обаянии, они быстро находят способ стать популярными и знают, как понравиться другим. Другие люди воспринимают их как тёплых, живых, оптимистичных, энергичных и слегка провокативных.

Их жизнерадостность заразительна. Нередко такие люди действуют и думают как подростки даже в зрелом возрасте. Большинство из них открыты для новых возможностей и впечатлений.

Если здоровые истерические личности наслаждаются комплиментами и похвалой, не впадая в патологическую зависимость от них, то люди с истерическим расстройством личности обычно становятся агрессивными, подавленными и завистливыми, когда им не удаётся оказаться в центре внимания.
 Нарушенные истерики полагаются в межличностных отношениях на одно лишь сексуальное очарование, тогда как здоровые истерические личности демонстрируют больше обаяния и утончённости. Ещё один важный аспект, отделяющий норму от патологии — способность к контролю над своими эмоциями.

Истерическое расстройство личности чаще диагностируют у женщин, чем у мужчин. Согласно Отто Кернбергу, у мужчин истерические черты могут проявляться либо через карикатурно мужественное поведение, либо же, напротив, через более инфантильное и женственное.

С позиций психоанализа.

В 1895 году Йозеф Брейер и Зигмунд Фрейд опубликовали работу о бессознательных механизмах при истерии, основываясь на знаменитом случае Анны О. Оба были поклонниками гипноза и использовали его для выявления бессознательных конфликтов Анны, включая ее неприязнь к отцу и любовь к доктору Брейеру, который в итоге вынужден был передать данную пациентку Фрейду.

В результате Фрейд и Брейер сформулировали теорию о том, что истерические симптомы являются последствием ранних сексуальных домогательств, воспоминания о которых были настолько травмирующими, что подверглись вытеснению, и пациентка смогла полностью вспомнить их только под гипнозом. После того, как травмирующие воспоминания удалось вернуть в сознание, данные симптомы полностью исчезли и больше не возникали.

Данный случай лёг в основу первой теории неврозов, согласно которой за каждым невротическим конфликтом стоит забытая детская травма. Главная задача психотерапии, таким образом, состоит в том, чтобы сделать неосознанное осознаваемым.

Позднее Фрейд сделал ещё одно, гораздо более важное открытие. Он выявил,
что воспоминания, восстановленные посредством гипноза, отражают также неосознаваемые желания и фантазии, которые накладываются на реальные воспоминания.

Влияние данной теории на психоанализ трудно переоценить. Изучение истерических симптомов проложило дорогу для многих психоаналитических идей, включая Эдипов комплекс, открытие детской сексуальности, стадий психосексуального развития  и связанных с ними типов характера. Даже в 1950-е годы теоретики психодинамического направления продолжали рассматривать конверсионную истерию как краеугольный камень, на котором был построен весь классический психоанализ.

Современная психодинамическая теория проводит разграничение между истерической и гистрионной личностью. Большинство теоретиков данного направления полагают, что они существуют как бы на разных концах континуума между нормой и патологией. Так, Отто Кернберг ставит истерическую личность на более высокий и зрелый уровень функционирования, а гистрионную — на низкий, инфантильный уровень функционирования.

Истерическая личность по Кернбергу более адаптивна, а её эмоции — более искренние, аутентичные и предсказуемые. Такая личность утрачивает контроль над эмоциями только с теми людьми, с которыми она находится в эмоционально насыщенных сексуальных отношениях или конкуренции.

Гленн Габбард рисует аналогичную картину: гистрионные личности более лабильны, импульсивны и склонны к сексуализированному, соблазняющему поведению. Истерические же личности демонстрируют больше утончённости в своём эксгибиционизме и выражают сексуальность в более застенчивой и привлекательной манере. Гистрионные личности терпят неудачу из-за бесцельности, беспомощности и зависимости там, где истерические личности могут быть успешными и даже амбициозными.

Вильгельм Райх отмечал в истерических личностях непостоянство, внушаемость,
склонность к быстрой и неожиданной смене эмоций, склонность путать фантазию с реальностью. Фенихель расширил концепции Райха, отметив склонность истерических
личностей к сексуализации всех своих отношений и склонность действовать так, словно они развлекают аудиторию в попытке «побудить других участвовать в [их] фантазиях».

Психологические защиты истерической личности были особенно плодородной почвой для психодинамических исследований. Прежде всего, истерики активнейшим образом прибегают к вытеснению, исключая из рассмотрения большую часть фактов. Там, где обсессивно-компульсивные личности утопают в деталях и обдумывают мелочи, анализируют сходства и различия и мучаются над принятием решений, истерики чувствительны только к общему эмоциональному заряду ситуации. Данная способность к вытеснению позволяет им видеть связи между абсолютно не связанными между собой явлениями. Они отфильтровывают всё то, что логично и разумно, и реагируют только на то, что эмоционально заряжено. Большинство из нас вероятно сочло бы подобный когнитивный стиль чрезмерно поверхностным. Однако истерикам он позволяет уйти от размышлений о собственных целях, установках и идентичности и, тем самым, освободиться от беспокойства.

Помимо вытеснения они также используют сексуализацию, диссоциацию и проекцию. Сексуальность, в частности, служит сложным адаптивным и защитным целям.

Райх считал гиперсексуальность определяющей характеристикой данных личностей, предполагая, что обольщение служит защитой от страха или угрозы мужской агрессии. Отчасти это объясняет любопытный парадокс: истерики источают сексуальную заинтересованность, но в то же время испытывают тревогу и избегают реальной сексуальной активности. Вызывая сексуальное желание у других, они создают спрос, но редко его удовлетворяют.

С психодинамических позиций фундамент для дальнейшего развития истерического расстройства личности закладывается неадекватным и холодным воспитательным стилем матери. Испытывая чувство страха, изоляции, опасности или недооценки, маленькая девочка оказывается вынужденной искать какой-либо иной источник заботы, помимо матери. Она пытается найти такой источник в фигуре отца, обесценивая в то же самое время мать и блокируя здоровую идентификацию с женской фигурой. В отсутствие какого-либо реалистичного якоря девочка развивает карикатурную женскую самость, которая представляет собой расплывчатый набор моделей поведения, соответствующих социальным стереотипам о том, что вызывает мужское желание.

В то же время, когда маленькая девочка обращается к отцу, попытки завоевать его одобрение становятся более эффективными благодаря нюансам соблазнения. Тонкий
сексуальный подтекст, таким образом, становится катализатором их отношений. Осознание данного подтекста представляет угрозу как для отца, так и дочери, и, следовательно, блокируется. В результате у девочки формируется паттерн подавленного полового влечения и сексуального манипулирования. В дальнейшем он сохраняется на протяжении всей жизни. Естественно, данная ситуация также приводит к конфликтам между матерью и дочерью, в результате чего мать обесценивается.

Последствия такой динамики легко увидеть, если обратиться к фундаментальным
принципам психоанализа. Напомним, что при нормальном развитии в психической жизни на начальном этапе доминирует «Оно», функционирующее в соответствии с принципом удовольствия. Поскольку требования «Оно» постоянно наталкиваются на фрустрирующие препятствия, возникает структура  «Эго», которая согласует собственные желания с ограничениями внешней среды.

Основываясь на принципе реальности, «Эго» действует как исполнительная ветвь власти в личности. Сперва «Эго» может рассмотреть любые доступные пути к удовлетворению потребностей. Однако родительские фигуры запрещают определённые действия, давая тем самым старт развитию «Супер-Эго». Так у ребёнка появляется идеал: что следует и не следует делать, и кем становиться. У истериков не развивается сильное «Супер-Эго», они по-прежнему находятся во власти принципа удовольствия.

С позиции межличностных отношений.

Развитие межличностного стиля истерической личности может быть осмыслено с психосоциальной точки зрения. Родители будущих истериков прибегают к непоследовательному стилю воспитания. Одно и то же поведение может вознаграждаться в одних случаях и игнорироваться в других. И, поскольку ни одна модель поведения не работает постоянно, то такие дети учатся получать комплименты и похвалу через осуществление поведения, в карикатурной и преувеличенной форме отвечающего гендерным стереотипам. При этом поведение, демонстрирующее компетентность или стремление к достижениям, но несовместимое с гендерным стереотипом, остаётся незамеченным.

Родители тем самым запускают порочный круг, в котором для поддержания одного и того же уровня заботы требуются всё более и более отчаянные и преувеличенные усилия. Такие дети подходят к подростковому возрасту с не-насыщаемой жаждой внимания и любви. Естественно, вскоре они обнаруживают, что, эксплуатируя собственную растущую сексуальность, они быстро притягивают к себе устойчивый интерес. Однако дальнейшее развитие по данному пути приводит к слабому развитию идентичности. Истерики развивают лишь очень слабое и фрагментарное собственное «Я», что в дальнейшем делает их уязвимыми для диссоциации в условиях сильного стресса или беспокойства.

Бенджамин рисует сходную картину. Он обращает внимание на динамику в отношениях отца и дочери, отмечая, что значимость будущей истерической личности внутри семейной системы зависит от внешней привлекательности и умения ребёнка быть очаровательным. Мать символически освобождается от супружеских отношений, а маленькая девочка становится папиной новой возлюбленной. Хотя отец не чает в ней души, удовлетворяя все её потребности, такая форма воспитания вознаграждает за внешний вид и привлекательность, а не за поведение, соответствующее полноценной женской роли. В свою очередь, девочка учится тому, что способность привлекательно выглядеть и быть милой даёт «ключи от всех дверей». Таким образом, будущая истерическая личность попадает в активную зависимость от других, поскольку в её картине мире умение позаботиться о себе не требуется.

Вильгельм Райх отмечает, что в некоторых случаях обольстительное обаяние девочки даёт ей власть над деспотичным отцом-алкоголиком, который представляет угрозу для других членов семьи. Такое поведение позволяет защитить семью и разряжать опасные ситуации.

С позиций когнитивной психологии.

Когнитивный стиль истерической личности поставлен на службу её психологическим защитам и во многом противоположен когнитивному стилю обсессивно-компульсивных личностей. Там, где у вторых восприятие окружающего мира является точным и очень детальным, восприятие первых всегда расплывчато, обобщённо и эмоционально окрашено. Люди истерического склада стремятся минимизировать когнитивную сложность везде, где это возможно. Их когнитивный фильтр защищает их от всего чересчур точного, конкретного, логического, системного, философского или экзистенциального. Факты слишком скучны. Философское и абстрактное утомительны.  Экзистенциальное слишком глубоко и пугающе. Истерики воспринимают весь мир через единственный канал красочного, драматического, гиперэмоционального восприятия.

Их внимание мечется туда-сюда, влекомое сиюминутной сенсорной стимуляцией и мимолётными ощущениями. Что бы ни оказалось в центре их внимания, это оставляет лишь кратковременный отпечаток в их памяти. Редко что-то обрабатывается их сознанием на сколь-нибудь значимую глубину. Их возможности структурирования прошлого опыта и упорядочивания мира крайне ограничены. Иногда кажется, что им не хватает элементарного любопытства по отношению к окружающему миру. Они предпочитают анализировать мир, используя широкие и чрезмерно обобщённые когнитивные категории. Игнорируя детали своего внутреннего мира и отношений с окружающими, они усиливают механизм вытеснения. В силу того, что их когнитивные структуры остаются рыхлыми и слабо оформленными, они сохраняют способность к защитной диссоциации в условиях сильного стресса.

Большинство из нас, столкнувшись с трудной задачей, мысленно сформулируют несколько стратегий решения и извлекут урок из каждой неудачи, предпринимая попытки до тех пор, пока проблема не будет решена. Если ответ уже известен, мы можем реконструировать решение, проделав описанные операции в обратном порядке. Сложные задачи могут быть разбиты на более мелкие, некоторые задачи могут потребовать консультации с другими людьми или погружения в литературу. Каким бы ни был конкретный маршрут к цели, обычно человек пробует различные подходы и постепенно находит ответ. Истерики же, напротив, часто просто сдаются со словами: «Это слишком сложно». Столкнувшись с рядом головоломок, они могут испытывать раздражение и усталость. Концентрация для них утомительна, скучна и слабо совместима с их представлениями о себе.

Необходимость решать задачи выглядит ненужной для личностей с истерической структурой; их образ действия состоит в том, чтобы избавить себя от такого бремени, заручившись помощью других. Зачастую для успешного разрешения тех или иных интеллектуальных задач им недостаёт банальных базовых знаний об окружающем мире, что обусловлено их неспособностью соединить разрозненные факты в единую логическую цепочку.

Недостаёт истерикам также и знаний об их собственной личности. Их представления о себе напоминают их представления об окружающем мире: глобальные, бессодержательные и поверхностные.

Аарон Бек считает, что, подобно зависимым и депрессивным личностям, истерические личности воспринимают себя как «неадекватных и не способных самостоятельно справляться с жизненными трудностями». Однако, в отличие от депрессивных, которые зацикливаются на своей личностной неэффективности, и от зависимых, которые ищут опекающую фигуру, истерики ищут способы убеждения окружающих позаботиться о них. Подобно зависимым личностям, истерики видят в других «ключи от всех дверей». Однако, если зависимая личность ощущает себя беспомощной и находящейся на милости внешних сил, истерическая личность берёт на себя инициативу в привлечении внимания и одобрения потенциальных «опекунов». Вместо того, чтобы взять свою жизнь под контроль напрямую, они стремятся контролировать тех, кто контролирует их судьбу. Данная стратегия имеет некоторые последствия. Истерики изо всех сил стараются
сделать себя желанными и чувствуют себя опустошенными, когда их игнорируют.

Основные негативные убеждения истерической личности: «Я непривлекателен(-льна)», «Мне нужно, чтобы другие восхищались мной», а компенсаторные убеждения (служащие защитой от негативных) — «Я очень привлекательная и интересная личность» и «Люди должны восхищаться мной и выполнять мои просьбы».

Дифференциальная диагностика.

Ввиду внешнего драматизма и театрального поведения истерическое расстройство личности  является одним из наиболее легко распознаваемых расстройств личности. Истерики имеют сходные черты с некоторыми другими расстройствами личности. Если личности, ориентированные на себя (такие как нарциссы и антисоциальные личности), в условиях сильного или длительного стресса склонны к развитию паранойи, то у личностей, ориентированных на других (таких как зависимые и истерические), в аналогичных ситуациях развиваются пограничные черты.

И для зависимых, и для истерических личностей фантазии о слиянии с заботящимися фигурами, является важной отличительной особенностью. Вследствие этого и тем, и другим свойственна тенденция к развитию симптомов диссоциации.

С пограничными личностями истериков объединяет лабильная эмоциональность. Оба типа личности склонны к переживанию чувства глубокой пустоты, оба могут пытаться манипулировать другими при помощи угроз совершить суицид. Однако по-настоящему саморазрушительное поведение, такое как нанесение себе порезов, более свойственно пограничным личностям.

У истерической личности со временем могут развиться пограничные черты. Однако история развития истерических и пограничных личностей всё-таки разная. У истерической личности в анамнезе присутствуют особые отношения с родителем противоположного пола, которые не перерастают в подлинный инцест, а сами запретные желания удерживаются вне сознания с помощью вытеснения. Для пограничных же людей инцест или иное сексуальное насилие, напротив, зачастую является реальностью.

С нарциссами истериков объединяет психологический эксгибиционизм и желание быть абсолютным центром внимания, однако причины в том и в другом случае будут различными. Как уже отмечалось, истерик стремится считать желания других, чтобы вызвать к себе интенсивный интерес и притяжение. Нарциссы сторонятся таких забот и считают, что они и так должны быть желанными такими, какие они есть. Истерические личности верят, что в мире доминирует сексуальность, и специализируются на том, чтобы вызывать в других желание. Нарциссы же убеждены, что в мире доминирует
их собственное «Эго». Они стремятся к осуществлению собственных грандиозных желаний безграничной власти, успеха и превосходства. Истерики демонстрируют себя другим, чтобы вызвать желание. Нарциссы выставляют себя напоказ, чтобы вызвать восхищение. Истерики симулируют хрупкость и нужду по мере необходимости, чтобы убедить других не бросать их. Нарциссы, напротив, презирают зависимость, считая себя
выше тех действий, которые могли бы подчинить их личную харизму групповым нормам.

Наконец, рассмотрим сходства и различия антисоциальных и истерических личностей. И те, и другие импульсивны, склонны к манипуляциям, поиску стимуляции и не способны предвидеть последствия своих действий. Однако истерики часто кажутся импульсивными из-за их драматизма и гиперэмоциональности — тех форм поведения, которые используются для привлечения внимания и заботы. Или же они могут показаться импульсивными из-за своего когнитивного стиля, поскольку их внимание движется спонтанно от одного раздражителя к другому, каждый из которых вызывает в них какой-либо эмоциональный отклик. Вследствие этих особенностей истерические личности гораздо реже вовлекаются в откровенно преступное поведение, не считая употребления наркотических средств.

Антисоциальная же импульсивность проистекает из неспособности откладывать удовлетворение, особенно когда речь идет о разрядке агрессивных импульсов. Антисоциальные личности неспособны думать наперёд, поскольку их сознание поглощено стремлением к немедленному вознаграждению. Истерики же часто не хотят думать наперёд в силу того, что хотят свести к минимуму свои когнитивные усилия. Мысли о будущем влекут за собой понимание собственной ответственности за тот или иной выбор — бремя, которого истерик стремится избежать.

Типичные проблемы истерических клиентов.

Соматоформные расстройства.

Исторически в психоанализе конверсионные психосоматические симптомы всегда рассматривались как неотъемлемая часть истерической личности. Сегодня такого рода симптомы были отделены от связанных с ними личностных черт и классифицируются как часть расстройств Оси I, независимо от их связи с истерическими чертами. Хьюстон, Майноус и Шиллинг обнаружили, что частота обращений за медицинской помощью была самой высокой у субъектов с истерическим и зависимым типами личности.

Истерики используют ипохондрические страхи и психосоматические жалобы, чтобы добиться от других внимания, утешения и заботы. Подобные расстройства имеют тенденцию усугубляться в моменты, когда истерик чувствует себя опустошённым, одиноким или скучающим.

Диссоциативные расстройства.

Как и психосоматические симптомы, концепция диссоциации исторически связана с истерией. Истерический феномен избирательного забывания, своего рода, «мотивированная амнезия» стала той первоначальной загадкой, которая привела Фрейда к открытию бессознательного.

Поскольку истерические личности активно используют вытеснение, им не удается интегрировать свой разнообразный опыт в единую целостную «Я-концепцию». Таким образом, их ментальная архитектура формирует постоянную уязвимость к диффузии идентичности и другим формам диссоциации в стрессовые периоды. Вытеснение предотвращает глубокую обработку болезненных переживаний, не позволяя тоске, отчаянию или тревоге в полной мере проникнуть в сознание.

Злоупотребление психоактивными веществами.

Алкоголь может использоваться истерической личностью для усиления и без того сильных тенденций к драматизации и дополнительного притупления самоанализа. Стимуляторы также могут использоваться для того, чтобы избежать чувства пустоты. Кроме того, они дают истерику яркие ощущения, к поиску которых он склонен.

Те истерики, у которых присутствует выраженная невротическая тревога, могут употреблять героин в качестве «лекарства от тревоги». Учитывая отсутствие у данного типа людей надежного механизма самоконтроля, прогноз при злоупотреблении психоактивными веществами не самый лучший.

Терапия истерической личности.

Истерики редко обращаются за помощью к психотерапевту в силу ряда причин. Во-первых, высокофункциональные истерические личности способны неплохо адаптироваться благодаря своей внешней привлекательности и обаянию. Более того, в силу того, что эмоции таких личностей более-менее подлинны, то они с большей вероятностью испытают тонкое, щемящее чувство, что в жизни чего-то не хватает, нежели полномасштабный депрессивный эпизод. Если их отношения остаются прочными, они могут убедить себя, что, на самом деле, всё в порядке.

Во-вторых, дополнительным источником привлечения внимания становится тяжёлая соматизация. Как только они получают желаемое, загадочные симптомы и боли исчезают.

В-третьих, когда истерики идут в терапию, то делают это главным образом в надежде на немедленную помощь, облегчение симптомов тревоги или депрессии. Но терапия требует самоанализа и объективности, которые представляются истерической личности слишком угрожающими или скучными.

Терапевтические стратегии и методы.

Потребность во внимании и одобрении, а также неуместная сексуализация межличностных отношений вне всякого сомнения проявятся в терапии. Так или иначе, терапия призвана помочь истерику отказаться от манипулятивной и требовательной  зависимости.

Задача терапевта осложняется тем, что когнитивный стиль истерической личности защищает её от любых размышлений о её уязвимых местах. Но даже если данная пассивная форма блокировки нежелательной информации от попадания в сознание потерпит неудачу, работу выполнит вытеснение.

Флеминг полагает, что терапия истерической личности должна начинаться с обучения концентрации внимания. Фокусировка внимания также помогает истерикам научиться распознавать автоматические мысли. Самоанализ можно подкрепить вознаграждением, спросив пациента, как изменится его жизнь, если его цель будет достигнута, а также, почему он выбрал конкретную цель, а не какую-либо другую.

В терапии важно дробить глобальные цели истериков на более мелкие, спрашивая пациентов, как именно их цель может быть достигнута. Акт обдумывания и постановки целей, в свою очередь, способствует формированию устойчивой идентичности. А развитие у истерика собственной идентичности, которая выходит за рамки контекста отношений — главная цель терапии.

Если терапевтические отношения несут в себе сексуальный заряд, можно провести параллель между соблазняющим поведением клиента во время сеанса и его или её отношениями с потенциальными партнёрами в целом. Необходимо поощрять и хвалить клиента за самодостаточное и не-сексуализированное поведение.

Многие терапевты разочаровываются псевдо-озарениями истерических клиентов, во время которых последние утверждают, что внезапно поняли нечто важное или сложили воедино всю картину, однако данные «озарения» забываются уже к следующему сеансу. По этой причине имеет смысл в начале каждого сеанса потратить немного времени на установление взаимосвязи с предыдущей сессией.

При подготовке публикации использовались материалы книг Theodore Millon. Disorders of Personality: DSM IV and Beyond (1996) и Theodore Millon. Personality Disorders in Modern Life (2000).