Валики-любавики

А первый снег, как первая любовь,
Такой пушистый, белый, безмятежный.
Любовником небесным, как покров,
Невесту напоит, согреет нежно.
И примет сок уставшая земля,
Примерив шубку зимнюю с порога,
И отдохнёт до песен февраля,
Чтобы открыть весной любви дорогу.

                2.
Ты слышал, как волнуется заря,
Как день читает монотонно прозу,
Как вечер, тень поэзии даря,
В постели свежей выстилает розы?
Ты даже видел грусть седой луны,
Ту, что над ложем разливалась светом?
Тогда познал ты звездопад любви
В огне сгорающей на нём кометы.

                3.
Ты думаешь, что дождь льёт просто так,
Что это, мол, капризы непогоды,
Что это грусти откровенный шаг
Под вездесущим оком небосвода?
Ошибся. Это слёзы той любви,
Что, как мечта, осталась непокорной.
Которой подарил ты часть души,
Но лишь любви добился иллюзорной.

                4.
Ты видел, как в лесу бежит ручей?
Не просто так, он песню напевает,
Своим журчанием — водный соловей,
Лесную чашу жизнью наполняет.
А жизнь лесная тайною полна —
В ней каждый шорох, как любви признанье.
Где ветки гнутся — там любви волна
Накатывает как очарованье.

                5.
А моря шум и вдумчивый прибой,
Лаская близкий, безмятежный берег,
Вам повествуют о любви былой,
Той самой, что накатом бурю мерит.
И в ветре гордом слышится запев —
О бурной встрече чайки с ураганом;
О том, как на пологий брег припев
Проносится любовью самозванной.

                6.
Мне нравилось гулять с тобой в саду,
Мечтая размышлять о жизни вечной.
Молчать и слушать вместе тишину,
Любовью наслаждаться бесконечной.
Сегодня в сад гулять один иду,
Нас беспощадно разделило время.
Но я тебя за всё благодарю,
Мы одного с тобою поколенья.

                7.
Болеешь от безумной красоты,
И как вести себя не разумеешь?
Ты покорись превратностям судьбы,
Возрадуйся, что ты ценить умеешь!
Любовь всегда должна красивой быть,
Она сподвижник многих вдохновений.
За красоту, как за любовь — нельзя судить.
Как неподсудно божье провиденье.

                8.
Любовь художник просит написать:
Проникнуться фантазией игривой,
В палитре красок чувство показать,
И свет подать изящно и красиво.
Луною жёлтой комнату залью,
Вечерний фон поставлю тёмно-синий.
Одену в алый цвет любви зарю,
В постели белой — шоколад богини.

                9.
Ты знаешь женщин вдоль и поперёк —
Капризы, нравы, вкусы, их привычки?
По простоте душевной ты изрёк,
Что с анатомией знаком публично.
Тебя постиг, мой друг, тяжёлый рок.
Ты гений запредельного искусства!
Ты знаешь то, чего не знает Бог,
Хотя… в любви полшага до безумства.

                10.
На радуге качались мы с тобой,
На облаках, как на ладьях, катались.
В пустыне слушали морской прибой,
А летом снегом рыжим любовались.
И к звёздам мы одной тропинкой шли,
На дно морское вместе погружались,
Но воплощались эти все мечты,
Когда с тобой любовью занимались.

                11.
В ночи я видел дивный силуэт
В полутонах любовного начала.
Нагая женщина пятидесяти лет
Себя мне нарочито предлагала.
Конечно, я не мог ей отказать —
Стрела в мишень практически вонзалась…
Но вдруг послышалось: «Пора вставать».
А ведь какая сказка начиналась!

                12.
А женщин наших не переписать,
Не обмануть. Они ведь сердцем видят.
Они есть родина, природа, мать —
И никогда напрасно не обидят.
Ну что вам дорогие пожелать:
Желаю вам, чтоб вас всегда любили.
И от мужчин хочу вам всем сказать:
Как вас любить — мы тоже не забыли.

                13.
Ах, девушка, какой же ты была —
Красивой, стройной, ветреной, коварной!
Как за тобой всегда весна плыла
С мечтою и любовью лучезарной.
Ах, женщина, какой же стала ты —
Серьезной, статной, стильной, благородной!
Как растворились в осени мечты,
Но закалили в жизни быть свободной.

                14.
Любимой быть до гробовой доски —
Почти невыполнимая задача.
Но есть лекарство от такой тоски —
Любовник-друг. А как же тут иначе?
Не о мужьях я нынче говорю,
И не о жёнах их — весьма ревнивых.
Я одиноким всем совет дарю:
Не забывайте о себе любимых.

                15.
А ты ушла вчера за горизонт…
Ушла, не попрощавшись в непогоду.
Ты, как всегда, забыла в дождик зонт.
Твой стиль я знаю, как твою природу.
А завтра солнышком взойдешь на трон,
Лучами растворяя недомолвки.
Вновь поцелуи, как вечерний звон,
И разные там женские уловки.

                16.
Я помню, как зимой мела метель,
Как ночью пела вьюга завывая,
Как теплотой ласкала нас постель,
Где мы кружили, от любви сгорая.
И не было для нас ни в чём преград,
Любовь всегда во всем святей морали.
Поэтому в полночный снегопад,
Неслись с тобой в неведомые дали.

                17.
А ты всё ждёшь, хотя уже седа…
Всё ждёшь великолепного романа,
Чтобы любовь тебя свела с ума,
Чтобы в глаза тебе смотрела прямо.
Всё в твоей жизни бренной может быть:
И с неба свет прольётся незабвенный,
И будешь ты любовь свою творить,
И будет след — желанный и нетленный.

                18.
Погасла вдруг вечерняя заря,
Зажглась звезда за дальнею горою.
Ты поняла, что жизнь прошла не зря,
Да и в согласии живёшь с собою.
Тебя любили, и любила ты.
И делала все так, как ты хотела.
Сегодня также ты горишь в любви,
Любить звезда ночная повелела.

                19.
В любви, смотрю, тебя не удержать,
А в страсти можешь каждому дать фору.
Судьба твоя одна — сердца взрывать,
Сгорая вместе с ними до упора.
Ты счастлива в деяниях своих,
Таким всегда благоволит удача.
Любовь свою ты делишь на двоих —
Без правил, покаяния и сдачи.

                20.
О, женщина, светла твоя душа!
И сердце ревностно от счастья бьётся.
Во всех ты ипостасях хороша,
Но лишь в постели сущность отзовётся.
Там ты хозяйка — с ночи до зари,
Полна любви, мечтаний, обаянья.
Но не постичь нам этой глубины,
Как не понять нам тайну мирозданья.

                21.
А ты вчера уехала в Париж,
Я улетел в Америку, Майями.
И долго ещё дождик плакал с крыш,
Мы не поехали в деревню к маме.
Тебя сейчас приветствует Монмартр,
А я плыву на волнах в океане…
Заждался нас с тобой Большой театр,
И все — то русское, что вечно с нами.

                22.
Тебя уже не радует заря,
Всё чаще ты любуешься закатом.
Ты думаешь, что не придёт весна,
Что твоё сердце не забьёт набатом.
Но меланхолия, как дым, сойдёт,
Когда соединишь любовь с природой.
У женщин не открыт на возраст счёт,
Любовь для них сильнее непогоды.

                23.
Ты говоришь, что снова влюблена,
Что запылала грудь огнём свободы,
Что снова расцветаешь, как весна,
И тонешь в её мутных вешних водах.
Опять Господь тебе благоволит,
Ведь ты Его высокое творенье.
Он знает, когда женщина горит.
Так пусть несёт тебя любви теченье!

                24.
Ты думаешь, что это белый снег?
Сезон зимы; снежинки хладом брызжут?
Твоя  любовь опять взяла разбег!
Твоя постель природой женской дышит.
Лишь ты умеешь зиму усмирить
Своим теплом, своим блаженным чувством.
И только ты способна зиму смыть
Неповторимым женственным искусством.

                25.
И вновь я слышу пение реки,
На ветвях снова набухают почки,
Меня ты ветром южным нареки,
Чтобы раскрылись поскорей листочки.
В них — твоя жизнь, надежда и любовь! —
Они несут полночную отраду.
Лишь по весне вскипает в жилах кровь,
В потоке растворяется триада.

                26.
В полях уже давно поспела рожь,
Пришла пора влюбленных сенокосов.
И ты со мной на сеновал придёшь
Без лишних понимающих вопросов.
И, где-то, там, под эхами грозы,
Под ясным месяцем и звёздным небом,
Распашем круг осенней борозды,
Насытимся её насущным хлебом.

                27.
Подай к любви хорошего вина —
Шато, Бордо, Чинзано, Мукузани…
Почувствуешь, как тёплая волна
Прокатится по берегам, меж нами.
Хорошее вино — условный знак,
Ведущий дух любви к расположенью.
И, что до устья дотянуть — совсем пустяк,
Если грести в известном направлении.

                28.
И снова утро. Снова ты одна…
Вокруг лишь лифчик, трусики, колготки.
Видать за окнами стоит зима,
Не радуют судьбы промерзшей сводки.
Ты не грусти, ведь жизнь всегда одна!
Увы и ах, но так устроил Боже.
И пусть в умах свирепствует зима,
В душе постель — любви заветной ложе.

                29.
И уже слышен звон колоколов,
Запели трубы, флейты и валторны.
И, выбравшись с декабрьских оков,
Ты ланью в новый год скользнёшь проворно.
А там тебя, как ветра, не видать…
Лошадкой рыжей так поскачешь в поле,
Что будешь без труда барьеры брать,
Любовь всегда любовь, когда на воле.

                30.
Однажды в Новый год забрёл я в лес,
Где увидал не зимнюю картину:
Средь снега, елей — чудо из чудес —
Стояло пианино в апельсинах…
Там музыка неслась во весь опор,
И звери дружно пели, танцевали.
Тебя увидел, твой холодный взор…
Но все тебя Снегуркой называли.

                31.
А по весне растаяли снега,
Подул звенящий, благодушный ветер.
Ушли печали, кончилась хандра,
Ожили буквы и слова в сонете.
Ведь ты вернулась свежею строкой,
Вновь обнажая бёдра, грудь, колени…
И для поэта зашумел прибой —
Его любви к тебе природный гений.

                32.
А ты была похожа на мечту,
На сказку, песню, быль, исповедание.
Но я тебя Вселенной назову,
Ты не вмещаешься в моём сознании.
Ты глубока, как океан любви,
И велика в своём воображении.
Чиста, как ангел, на святой крови.
Как дьявол, дерзновенна в искушении.

                33.
Вчера тебя увидел наяву,
В саду ты поливала орхидеи.
Мы улеглись на тёплую траву —
Нечаянно любовью заболели.
Под нежный вальс мелодии цветов
Кружился на лужайке танец старый.
Не видел сад естественных грехов
И кроной прикрывал тела лукаво.

                34.
Любовники с тобой мы тыщу лет,
Друг друга знаем до пикантных точек.
Чего не видел только белый свет —
От нежных игр до ласковых примочек.
И хоть давно не молоды с тобой,
Нам интересны новые проекты.
И, погружаясь в них, мы с головой,
Всё чаще применяем спецэффекты.

                35.
Мы с возрастом узнали лишь одно:
Любовь с годами зреет, не старея.
И в шестьдесят ты — сладкое вино,
А в семьдесят свои — так вовсе Фея!
Секрет открою прелести твоей:
Ты знаешь, сколько сахару и соли
В постель добавить, чтобы пел Орфей
По-твоему желанию и воле.

                36.
Девчонка в восемнадцать, как тростник,
А в тридцать, словно божия коровка.
Примерно, в сорок — добрый маховик,
А в пятьдесят — так с оптикой винтовка!
Прекрасна в шестьдесят, как первый снег;
Чудесна в семьдесят, как осенью берёза;
К восьмидесяти дама — оберег.
А восемьдесят пять — чайная роза.

                37.
О женщинах создал я том стихов,
Десятка два сложил о них я песен.
Я с ними вместе видел столько снов,
Когда был трезв и пьян, угрюм и весел.
Подобного вина в природе нет.
Похожей непогоды не бывает.
Её вино я пил бы сотни лет,
Пусть вместе с непогодой разливает.

                38.
Опять с тобой мы вышли в океан,
И вновь накрыла нас волна седая.
По палубе кружил нас ураган,
Все соки исступленья выжимая.
Любовь… Она и в космосе любовь!
Где нет запретов, только есть свобода.
Где зреют чувства, нагревая кровь.
И где искусство — тонкая работа.

                39.
Смотрю я в глубину манящих глаз…
О, сколько в них пьянящего дурмана!
Не надо никаких гремящих фраз,
Чтобы признать тебя искусной дамой.
А ведь тебе уже за шестьдесят,
Но не выходит красота из моды.
Не зря глаза, как маяки горят,
И в свою гавань ждёшь ты теплохода.

                40.
Светлейшая душа живёт в тебе,
Ты самая желанная на свете.
Ты чудо в этой бренной суете
И ангел, прилетевший на комете.
Ты влюблена, и в этом сердца суть!
А тайна сердца случаем зовётся.
Счастливым будет этот светлый путь —
Бесценно сердце, что любовью бьётся.

                41.
Сквозь тучи пробивался солнца свет,
Когда ты в семьдесят опять влюбилась.
И, взяв в один конец судьбы билет,
В любви своей с почётом растворилась.
И заново был пройден светлый путь,
И вновь ты птицей к облакам взлетала.
И приходилось в омуте тонуть…
Ну, в общем, было всё, о чём мечтала.

                42.
Тебе ещё не надоело жить,
Ведь за плечами вёсны, лето, осень?
Ты и зимой способна полюбить,
Пускай тебе и восемьдесят восемь.
В любви для женщин возраст нипочём,
Напрасно с ними борется природа.
Чем дольше век её горит огнём,
Тем крепче закаляется порода.

                43.
Природное лечебное вино,
Наркотик и наркоз — тех лет крылатых.
С тобой не виделись мы так давно,
Похоже, из годов семидесятых.
С пластинки пыль стряхни. Включи битлов!
Шампанского разлей во все бокалы.
Сегодня вспоминаем про любовь, —
Далёкое и светлое начало.

                44.
Не хватит ни бумаги, ни чернил,
Чтоб написать роман подобный Богу.
Для женщин важно, чтоб хватило сил
Пройти с ней длинную любви дорогу.
Она сама святое божество!
Уж вы, друзья, мне на слово поверьте:
Писать о женщине мужчине — нелегко.
Но не писать о ней — подобно смерти.
             26 ноября —14 декабря 2025