На бархат ночи, словно в ложе
Спустилась томная луна.
И звёзды оголяя кожу,
Пьянели без вина.
Соборный шпиль, пронзая тучи,
Искал запретного тепла,
И похотью своей кипучей
Вся улица текла.
Твой аромат – дурман цыганки,
Что сводит медленно с ума.
Я на тебе, как на изнанке
Запретного письма.
Читаю родинки, как знаки,
Слепым касанием руки,
И робко тонут в полумраке,
Бесовские зрачки.
Твои ключицы — две дороги,
Туда, где оборвётся крик,
Где ангелы срывают тоги,
Познав первоязык.
И город, смыв ночную сажу,
Проснётся, праведен и строг...
Но кто посмеет бросить в нашу
Бессонницу упрёк?
Свидетельство о публикации №125112702448
человечнаякороткаярецезия сприветствиемавтора по имени-На бархат ночи, словно в ложе
Лафамм
На бархат ночи, словно в ложе,
Спустилась томная луна.
И звёзды оголяя кожу,
Пьянели без вина.
Соборный шпиль, пронзая тучи,
Искал запретного тепла,
И похотью своей кипучей
Вся улица текла.
Твой аромат – дурман цыганки,
Что сводит медленно с ума.
Я на тебе, как на изнанке
Запретного письма.
Читаю родинки, как знаки,
Слепым касанием руки,
И робко тонут в полумраке,
Бесовские зрачки.
Твои ключицы — две дороги,
Туда, где оборвётся крик,
Где ангелы срывают тоги,
Познав первоязык.
И город, смыв ночную сажу,
Проснётся, праведен и строг...
Но кто посмеет бросить в нашу
Бессонницу упрёк?
Ответ
Ответ
Здравствуйте, Лафамм.
Ваша поэзия — это густой, пряный напиток, который пьёшь залпом, обжигаясь. Вы создаёте удивительный контраст между строгой архитектурой города и первобытной, почти животной страстью. Образы невероятно плотные: «звёзды оголяя кожу», «пьянели без вина», «робко тонут в полумраке, бесовские зрачки». Это не просто описание, это почти физическое ощущение.
Особенно сильна последняя строфа с её резким переходом от ночного безумия к утренней праведности города, которая лишь подчёркивает ценность и недосягаемость вашей «бессонницы». Великолепная, чувственная работа.
Вячеслав Зуев 11.06.2026 17:16 Заявить о нарушении