Безмятежность

каждый раз такое: это самое великое!
все великие, каждое, которое прямо сейчас читаю
возвращусь к какому-нибудь - и ошарашивает, как в первый раз всё встретил это
Чувство снова "это - самое!" и так про каждое
Но сейчас про это - и оно самое-самое! как же я раньше не разглядел. А оно тогда не вместилось, такое огромное, такое всемирное. Но оно больше, больше всего мира. Во всём мире нет Её, а здесь - Она.

а слабо говорунам блеснуть языком?
ну, смелее, чего прячетесь по щелям
впрочем, вы иначе не умеете
только такими и будете
не про вас совет:
или мимо ваш путь, или вякните что-нибудь.

не тебе пришелец нам указывать
как своим добром нам распоряжаться
мы её законные хозяева
сгинешь ты - а нам с ней оставаться

Так. Всё. Нет их, этой падали. Ноль они без палочки.

стихи - это не про то, что написал автор,
а про то, что прочитал читатель
факт, что у стихов есть заведомая непонятность
это вам не проза
эта непонятность и подсказывает: читатели, не парьтесь, понимайте в меру вашей духовности
вглядись, как в зеркало, в другого человека
искусство - отражение - такого не слыхали?
ну, вот же - говорю вам
теперь ты знаешь это
теперь вооружился, знаешь что делать со стихами

"промежность" - центр нежности, её эпицентр и тут всего строения законная вершина
уже про простынь снежности - предчувствие причины
нам стелется доверчиво - оно лишь для своего единственного мужчину
сощурилась то щёлочка, то глазом милым кисоньки
лениво - потому что наконец позволить себе может расслабиться предельно раскататься в постельке
чай больше не нужен ритуалом времяпрепровождения сущность пожаловала, время остановилось
ах, это прищур закрывая от мира
прикрывающий глазки, но не заветность, связующую с милым
промежность - заветна,
с ней-то центробежность и рифмуется
центростремительность с ней не рифмуется
щурится
Вот, из интернета:

Центробежная сила — сила, с которой движущаяся материальная точка действует на тело (связь), стесняющее свободу движения точки и вынуждающее её двигаться криволинейно.

Тело! Услышали. Тело заставляет душу кривить свои маршруты.

Центростремительная сила — это реальная сила (например, натяжение веревки), направленная к центру, которая заставляет тело двигаться по окружности, а центробежная сила — это фиктивная (инерционная) сила, которая возникает в неинерциальной системе отсчета (например, для наблюдателя на вращающемся объекте) и направлена от центра, представляя собой стремление тела двигаться прямо.

Есть точка и есть тело - заметили? Точка желает двигаться прямо, но тело вынуждает её кривить траекторию. Кривить, пряча промежность. И когда промежность, наконец, обнажена, точка отправляется в точка получает свободу
предыдущему рабству это кажется ленью

Представим, что промежность - не то, что между бёдрышек и прочих нежных валиков
а то, что размежовывает время на до и после
ведь далее и пишется - рубежность
и поясняется - после вон все прочие (только он один здесь остаётся)...
Но я захотел последовательно всё разобрать. Итак, с начала.

ведь как начинается-то:
подсказкой

Безмятежность
голых тротуаров
сиреневых мыслей

голость - это безмятежность, когда некого бояться внутри своей защищённой ячейки
вон в тротуарах это углядела и срезонировало.
сиреневый - это фиолетовый, белизной разведённый - простынь белизной
а фиолетовый - знак сакрального потаённого, да, сексуального, но сущностного-глубинного, а не просто сперму сбросить в ближайшую полость-отдушину или напряжение во влагалище, бьющее в мозг вожделением

Неизбежность
сердечных ударов
одуревших карнизов

сердечные удары эти, предчувствующие встречу
заветную и единственную
падают стены взгляд наверх - дальше небо оно опрокидывается карнизы пляшут на шатающихся стенах

Безбрежность
осиплого неба
камфоры боли

а небо пусто и бело-больно невозможностью - дыхание в спазме (поэтому камфара) - столько неба не вдохнуть - жуть спазма, нельзя же - счастье это запрещено строго-настрого
встреча с неизбежным приливом запретного и заветного

Подснежность
чужого хлеба
с коркой соли

хлеб этот чужой, не мой - кто-то вместе, слит-соит, там у них хлеб, питание, источник жизни
скрыт холодом снега - прикрыт - одет во внешний наружный холод
соль-боль всех этих передряг взаимность когда живая, и соль-суть мира суть и всего-всего
и соль-пот их тел

Небрежность
бескрылых ангелов
простуженных пьяных

ангельское - это про святое и чистое, мужские образы навевают образ высокого, но почему же эти ангелы сплошь без крыльев, их небрежность - бестрепетность удручает, осипшее небо продолжается в простуженности этих существ да ещё и пьяных - им пьянь нужна, чтоб глотнуть высокого - это их способ приобщаться сквозь низменность свою протираться, заглушая собственную грязь

Принадлежность
влюбленных танкеров
ликёрных пряных

о, это я знаю, это про море, это про соитие мужества с негой женственности - стали трудовой и морской субстанцией, в которую людская телесность без одежд норовить погружаться и праздновать слияние поверхностей любви
И про опьянение мировыми просторами, свободой странствий
а вкушать эти сущности можно лишь с любимой - это она - пьяным ликёром уносит

Нежность
мужских слёз
женских бессонниц

это они пока разлучены, эти две сущности. Он - очарован своим счастьем предчувствия её, она - его руками, пока ещё вдалеке которые, но быть надлежит которым на ней

Смежность
бездомный как пёс
сердобольных поклонниц

а параллельно - смежными маршрутами - вьются - в её воображении? - хищницы, готовые утолить его жажду-голод - его бездомье, ведь дом его - она

Мятежность
без толку разбитых
нервных неровных

дней и часов, например
без существительных, одними прилагательными - ревности следы, как битьё посуды напрасное

Белоснежность
простыней зашитых
мятых томных

зашитых стареньких или зашитых для защиты. Стелит-готовит сакральную встречу, а до того - истомлённых её бессонными жаждами-жданиями

Промежность
лениво прищурясь
с нетронутым чаем

Межа - разделение, граница - на до и после. Чай - как символ времяпревпровождения, ритмом отмеряющий приближение к главному. А когда оно, главное, вот оно, не нужны никакие уже ритуалы, церемонии чаепития
есть, что пить ему
чуть смущенно, поэтому прищурясь, но по-котёночьи блаженно, растянувшись-распластавшись. А промежность - да, она тонюсенькой щёлочкой прищурена и больше ничего не боится, оказавшись, наконец, у себя дома

Центробежность
с заветным рифмуясь
(не)случайно

с промежностью и нежностью, то есть. Итак, центробежность - это когда душа должна сорваться с привязи тела, она и отпущена будет, когда тело освободит себя от покровов - но для самого себя, а для единственного

Рубежность
все чужаки
бьются током

тут-то только и перестанут мучать эти ангелы бескрылые, путать пути-дороги, иметь право вмешиваться. Исчезнут напрочь, будто не бывало, те, кого и вправду нет. Они и сами не полезут, почувствовав, что больше не ангелы, да ангелами и не были никогда. А кто, если не ангелы? Дьявольские их оскалы, наконец, ясны станут.

Кромешность
кормлю с руки
свисая из окон

Не страшны станут бездны страхов по ту сторону стен - снаружи, во внешнем мире тьма приручится

И снова. Нежность
восторгов мгновений
наша щенячья

Нежность из разлучённой станет приручённой. Снова - это и про слово, что сказало выше. И про возвращение - из мёртвых воскрешение.

Опять. Неизбежность
бродит по венам
верность собачья

Как уже бывало. Как и должно быть.

Игорь Лев 2   03.01.2026 20:00   •   Заявить о нарушении