маслянисто-чёрная радость в себе

Маслянисто-чёрная радость в себе, этот покой восторженный, — утренний кофе, —
чёрный шар, обливающийся ярко-засвеченно-чёрным.
Щербинский лифт читает этажи голосом Ахматовой поздней —
с натянутой, как струна, крепящаяся ни к чему, философичностью меланхоличной, из которой
ушла, про себя разведя руками, отчаяния естественность, — я и сам
урывками творчал — с этакой-то безнадёжностью взвинченной, взвинченностью безнадёжной; и что же?
Беззвучный режим — ни стона — (не)пристёгнутый пассажир. Моцарт, Introitus, "Четыре сезона
в одной голове". "На этом диком страшном свете..." Могильный телефон. Агент семь сотых не сегодня.


Рецензии