Константину Крикунову

Проклятый город Кишинев…
А.С. Пушкин

Проклятый город Армавир,
Раскисший в зиму, пыльный летом;
Здесь нужно быть анахоретом,
Которому постыл весь мир.
Но ты, отшельник Крикунов,
Скажи мне правду, Бога ради,
Совсем забыл о Ленинграде?
Постиг поэзию без слов?
Проникнул в тайны бытия,
К истокам истинного света?
Или районная газета,
В которой и моя статья
Однажды скрасила страницы,
Тебя удерживает там?
Иль армавирские девицы
(Которым должное воздам!)
Тебя не отпускают к нам?

Но тут тебе я не судья,
У них в плену бывал и я;
Мне самому судилось свыше
С одной из них связать свой путь,
Но я из затрудненья вышел,
Сказавши ей: «Не обессудь,
Но жить на солнечной Кубани
Мне – что в парилке русской бани.
Пусть круглый год трещит мороз,
Пусть снег до окон дом занес,
Но север мне роднее юга».
Мне долго спорить не пришлось,
И я вступил в права супруга,
Подумав про себя: авось,
Столица мира не откажет,
Чтоб я под боком у нее
Обосновал свое жилье.
И вот я под Москвой
И даже гораздо ближе, чем мечтал…

Но, может, я не угадал,
И не любовные преграды
Тебе уехать не дают,
А жизни медленный уют,
Которому порой мы рады.
В столице стыдно быть вторым,
Уж лучше быть в деревне первым;
И мы, щадя больные нервы,
Надолго покидаем Рим.
Так ты, не посмотрев назад,
Шутя покинул Ленинград.
Провинциальное затишье,
Как мы тебя порою ищем,
Как нравится нам твой покой!
Но, Крикунов, ты не такой,
Чтоб там не оказаться лишним.
Не зря фамилия дана:
Ты можешь вычерпать до дна
Все философские глубины,
Но, вечности взломав печать,
Как раз захочется кричать,
Да крик твой, если хочешь знать, –
Глас вопиющего в пустыне.
Позволь же дать тебе совет:
Беги скорей из Армавира!
Не для монастыря – для мира
Когда-то ты явился в свет;
Ведь Крикунова нет второго,
И потому – ты нужен тут,
А армавирцы, право слово,
Уж как-нибудь переживут.