Два Дурака

Они звались – братом и сестрой,
Так повелось с далёких дней.
Их связь была игрой пустой,
Под пристальностью всех людей.

Он ей дарил лишь дружбы смех,
Она в ответ – сестринский взгляд.
Но каждый вел постылый грех:
С чужими рядом шли подряд.

Он – с той, что тихой и незлобной,
Она – с другим, что был умен.
Встречались вечера особо,
Чтоб не нарушить скрытый сон.

А сон был вечен и нелеп:
В душе – не братство, а пожар!
Но каждый прятал свой осколок,
Боясь разбить хрустальный шар.

Он видел, как она смеётся
С другим, и горечь – как свинец.
Она ж, когда он улыбнётся
Чужой – тушила в сердце светец.

Они хранили тайный сад,
Где расцветал запретный цвет.
Но только разум был их ад:
«Мы – брат и сестра!» – их был ответ.

Так год прошел, играя роли,
Два дурака в своей тюрьме.
Скрывая страсти уголь тлёный
Под пеплом ложной близости во тьме.

Они боялись правды слова,
Разрушить то, что создал взгляд.
Их чувство стало болью новой,
Пока чужие спутники – рядом стоят.

Их жизнь прошла в игре жестокой:
Он – не любовник, лишь браток,
Она – сестра, а не порой
Мечтала: "Сжалься, мой жестокий Бог!"

Два дурака... Их боль безгласна.
Они любили, но не смогли
Сорвать маску, так безопасно
Скрывавшую их страсти угли.

Их тайный сад не знал рассвета,
Лишь тень ложилась на года.
Два дурака... Нет им ответа.
Любовь без права. Навсегда.

Но боль, что копилась год,
Прорвала плотину наконец.
Однажды, сжатыми руками,
Под звёздным, плачущим венцом,

Он вымолвил: "Сестрой не названа!
Душа кричит – любовь моя!"
И в тишине, как рана рваная,
Ей отозвалась: "Брат? Не я!"

Маски упали. Стены рухнули.
Год обмана – прах и тлен.
Взгляды, что прежде так тонули
В запрете, слились, наконец воспламенён.

"Дураки!" – шепчут, но сквозь слёзы,
Уже не горечи, а света.
Сплетаются в объятьях позы,
Смывая цепи ложных лет.

Чужие тени отступили,
Исчезли в прошлом, как туман.
Лишь их сердца одно забили,
Свершив запретный, долгий план.

Те угли, что тлели тайно,
Взметнулись пламенем живым.
Уже не страшно, не случайно –
Они вдвоём. Неразделимы. Дважды живы.

Хрустальный шар, что берегли так,
Разбился, звонко возвестив:
Не брат и сестра – просто так
Любовь пришла, чтоб быть на диво.

Их тайный сад, где цвёл запретный
Цветок надежды сквозь года,
Теперь открыт, неповторимо светел,
Под солнцем правды навсегда.

Пусть поздно встретились их руки,
Пусть седина вискос тронула виски.
Они сожгли былые муки,
Чтоб строить вечность, вопреки.

Не "дураки" – теперь их званье,
А "те, кто смог", "кто рискнул вдруг".
Им не страшны ничьи преданья,
В их мире – только двое рук.

Так пусть же будет эта вечность –
Из дней, украденных судьбой.
Любовь, прошедшая сквозь сеченье
Лжи, обретает дом родной.

Два бывших дурака, два стража
Того огня, что сберегли,
Теперь их жизни – вечный паж
Любви, что наконец нашли.