Амели III Будни

Амели задремлет в вагоне метро
(Душном и тесном, как сердце у прошлого).
Так и ездит из будней по пятницам: отрешенно, рассеянно -  вон,
Пожелав всем "всего хорошего".
Амели прерывиста и мягка,
Пластилиновой шеей кивает в тон станциям,
А приснится ей скука и день сурка, -
Встрепенётся, вскочит, воспрянет панцирем.

Ей внутри - повыжженным пустырём,
Пепелищем, зряшностью, безыдейностью.
Так и едет вместе с искусственным декабрем,
Путь домой от метро равен вечности.
Амели поднимется на этаж, -
Пес соседский поздравит лаем,
Ключ (где ключ?) - всё, родной метраж.
Амели разденется. Ставит чайник.

Ей одной - достаточность, тишь и штиль,
Беспристрастность, беспамятность, бес и движ,
Амели считает, что это стиль:
Кого хочешь - ждешь, когда хочешь - спишь.
Так и едет по ветке житья-бытья,
А внутри - ни мур-мур, ни гения, ни щелчков,
Покати шаром от могучей "я" -
Ни героев, ни хахалей, ни мастеров.

Ей в крови - стать казусом по любви,
Не из благ, раскаяния или вины,
Но Амели считает, что этой брови
Не под стать скучать в роли чьей-то жены
(А внутри - коты бороздят лотки
И орут на всех, кто не гладит шерсть).
Амели достанет шелка и чулки
И сварганит блюдо "Расплата и месть".
Поперчит, приправит циничным "Спишь?",
Угостит мерцающим огоньком,
Позже скажет: "Сорри/прости, малыш,
Ретроградят звезды, забудь о том".

Отыграв фрагмент,
Амели прыгнет в тень, -
Ей внутри - чувствительность тычет в нос
И пихает в шляпу прямой вопрос:
"Где манеры? Цензура? Культура?
Амели, ты чего? Ты, что - дура?"
Амели зависнет, как старый айфон.
Ей внутри - достаточность, марш и движ.
Амели считает, что всё это - фон:
Кого хочешь - ждешь, когда хочешь - спишь.