Брови насуплены, хлещешь прутком. Уймись!
Зло изгаляться горазда прилюдно. Нет бы
наедине и по-доброму, как с людьми –
я загонялся бы сам и капризным не был.
Полно, хозяйка! Иди в "милый" хлев сама
в квашеной кислой истоме жирки налёживать,
от испарений навозных сходить с ума,
жаться к уснувшим на сене неместным ёжикам.
Зря распаляешься, пальцами теребя.
Вот хватану за длинный, которым тычешь –
враз образумишься … и я спрошу тебя:
где мои мама Элизабет, папа Ричард?
Я же узнаю – за что отправляют в
райское место, откуда не возвращают,
где забываются дети и дух травы.
Сердце моё не на месте, а память злая.
Дядьки, что их увозили, стучатся в дверь.
Кости бросают, да холод течёт с ладоней –
пятятся наши собаки, скулят...
Поверь:
только спросить этих дядек во что бы то ни…
долго учил человеческий, и теперь
прутиком ты не удержишь меня в загоне.
Только спросить
© Copyright: Алексей Прохоренков, 2025
Свидетельство о публикации №125111900042
Свидетельство о публикации №125111900042
Рецензии