Проводы до трамвая

Она шла впереди, чуть качаясь от ветра,
как ветка сирени, что готова сломаться.
Я шёл позади от её запаха в метре,
мыслил фразы, что могли в карманах остаться,
словно скомканные трамвайные билеты.

Я уже представил, как скажу: «Извините,
но не подскажете ли вы мне, час который?» —
хотя на здании напротив, часы висят
огромные, как лицо луны над городом.
А она бы улыбнулась: «Без пяти восемь»

и мы бы пошли вместе, разговаривая
о чём-то неважном, но ставшем вдруг значимым.

Я думал и о том, как спрошу её имя,
и услышу, как оно прозвучит в тишине —
возможно, Вероника, возможно, Марина,
а может, просто Катя, которое пахнет
яблоками и подростковыми книгами.

Вдруг она резко обернулась — не на меня,
а на крик ребёнка, вылетевший из сквера, —
я увидел, как ветер тронул её волос,
Словно пальцы заботливого кавалера.
И в этот миг я понял, что потерял голос.

Подошёл трамвай, синий, с облупленной краской,
она вошла в него быстро, не оглянувшись,
я так и остался стоять, глядя, как в окне
мелькает силуэт карандашным наброском,
как ненаписанное стихотворение.

Только когда трамвай скрылся за поворотом,
я прошептал придуманное мною имя,
но его унесло ветром, залило дождём,
оно замёрзло между прошлым и будущим,
волшебным словом, как покинутым кораблём.