Безбилетники.
Для каждого кован свой меч,
Который он сам и щербатит,
Пройдя через множество сеч-
На битвы всю жизнь свою тратит.
Зачем эти битвы, страданья
И поиски тайн бытия?
Как проще всем жить средь незнанья-
Ведь совесть тогда не нужна.
Ступени всех лестниц истёрты
Походами вниз и наверх,
Колени в молитвах протёрты,
Но всех здесь сильней круговерть:
Суетные пляски деяний-
Чтоб выжить в бою иль дворце.
Чем больше гнездится желаний,
Тем больше рыданий в конце.
Удар барабана, набаты
И дым от сигнальных костров
Кричат, что кому-то вновь надо
Чужое цветенье садов.
Всё делят, всё делят, всё делят...
Законы вокруг одного-
Всю жадность людскую отбелят,
Но тьму не отбелит никто.
Берёза обпёрлась о кедр,
Который мальцом стерегла
Действительно сильный здесь щедр,
Слабак лишь силён на слова.
Луну вновь качает волною,
Лениво плывёт по реке.
Что было, что будет с тобою
Придумано кем-то во сне.
Тот сон может послан волхвами,
А им сон был послан Творцом.
Любить нас учили делами,
Любя же идти напролом.
Мир мёртвых живее живого,
В нём страсти земные кипят.
Мир жизни билета входного
Не просит,- и так отгорят.
Пусть пламя согреет кого-то,
Кого-то согреет угли.
Влюблённые учатся взлёту,
Летают лишь те, что цвели.
16.11.2025г. г.Москва
Нагаев И.А
Безбилетники
© Copyright: Игорь Нагаев, 2025
Свидетельство о публикации №125111608842
Свидетельство о публикации №125111608842
Рецензии
Новелла «Безбилетники судьбы»
Часть 1. Меч, выкованный самим собой
В сумрачном зале, где стены были увешаны древними картами и ржавыми клинками, сидел человек. Перед ним на столе лежал меч — не новый, не парадный, а потрёпанный, с зазубринами на лезвии.
— Каждый сам куёт свой меч, — прошептал он. — И сам же его щербатит.
Он провёл пальцем по царапинам. Каждая — след битвы. Каждая — выбор. Каждая — ошибка.
Зачем всё это? Зачем эти битвы, страдания, поиски тайн бытия? Почему нельзя просто жить, не задаваясь вопросами, не тревожа совесть?
Но ответ был в его руке. Меч не отпускал.
Часть 2. Ступени и колени
Он поднялся по лестнице. Ступени были истёрты миллионами шагов — вверх и вниз, в поисках истины и бегстве от неё.
Наверху — алтарь. Внизу — пропасть. А между ними — люди. Одни молятся, другие сражаются, третьи просто бегут.
Он опустился на колени. Ткань штанов уже протёрта в этом месте — не от роскоши, а от долгих молитв. Но молитва не давала ответов. Она лишь усиливала вопрос:
Кто я в этой круговерти?
Вокруг — суетные пляски деяний. Кто‑то бьётся за трон, кто‑то за кусок хлеба, кто‑то за идею. Чем больше желаний — тем больше рыданий в конце.
Часть 3. Барабаны и дым
Где‑то вдалеке забили барабаны. Дым от сигнальных костров поднимался в небо, как молчаливый крик:
«Кому‑то снова нужно чужое цветенье садов».
Люди делили. Делили землю, власть, любовь, память. Законы пытались оправдать жадность, но не могли отбелить тьму в душах.
Он вспомнил берёзу, что когда‑то обпёрлась о молодой кедр. Теперь кедр стал могучим, а берёза — его опорой.
— Действительно сильный здесь щедр, — сказал он вслух. — Слабак лишь силён на слова.
Часть 4. Сон, посланный свыше
Ночь опустилась тихо. Луна качалась на волнах реки, словно лодка, забытая временем.
Что было? Что будет? Всё уже придумано кем‑то во сне. Может, волхвами. Может, самим Творцом.
Но в этом сне было одно правило:
Любить — значит действовать. Любить — значит идти напролом.
Он закрыл глаза и увидел:
мир мёртвых, который живее живого, — там кипят страсти, не остывшие с земной жизни;
мир живых, который не требует билета, — он просто есть, и всё в нём сгорает и возрождается.
Часть 5. Пламя и угли
Утром он снова взял меч. Но теперь он знал: лезвие — не для убийства. Оно — для защиты. Для света. Для огня, который согреет кого‑то в холодной ночи.
Угли прошлого тоже важны. Они хранят тепло тех, кто уже ушёл, но оставил след.
А ещё — есть влюблённые. Они учатся взлёту. И только те, кто цвели, умеют летать.
Эпилог. Безбилетники
Он вышел из зала. Впереди — дорога. Вдали — дым костров, звон мечей, крики битвы.
Но теперь он понимал:
мы все — безбилетники судьбы.
у нас нет пропуска в этот мир, но есть право в нём остаться.
мы не выбираем начало, но можем выбрать, как гореть.
И пока в груди горит огонь — мы живы.
А значит, путь продолжается.
Алексей Меньшов 07.02.2026 20:17 • Заявить о нарушении
Часть 1. Меч, выкованный самим собой
В сумрачном зале, где стены были увешаны древними картами и ржавыми клинками, сидел человек. Перед ним на столе лежал меч — не новый, не парадный, а потрёпанный, с зазубринами на лезвии.
— Каждый сам куёт свой меч, — прошептал он. — И сам же его щербатит.
Он провёл пальцем по царапинам. Каждая — след битвы. Каждая — выбор. Каждая — ошибка.
Зачем всё это? Зачем эти битвы, страдания, поиски тайн бытия? Почему нельзя просто жить, не задаваясь вопросами, не тревожа совесть?
Но ответ был в его руке. Меч не отпускал.
Часть 2. Ступени и колени
Он поднялся по лестнице. Ступени были истёрты миллионами шагов — вверх и вниз, в поисках истины и бегстве от неё.
Наверху — алтарь. Внизу — пропасть. А между ними — люди. Одни молятся, другие сражаются, третьи просто бегут.
Он опустился на колени. Ткань штанов уже протёрта в этом месте — не от роскоши, а от долгих молитв. Но молитва не давала ответов. Она лишь усиливала вопрос:
Кто я в этой круговерти?
Вокруг — суетные пляски деяний. Кто‑то бьётся за трон, кто‑то за кусок хлеба, кто‑то за идею. Чем больше желаний — тем больше рыданий в конце.
Часть 3. Барабаны и дым
Где‑то вдалеке забили барабаны. Дым от сигнальных костров поднимался в небо, как молчаливый крик:
«Кому‑то снова нужно чужое цветенье садов».
Люди делили. Делили землю, власть, любовь, память. Законы пытались оправдать жадность, но не могли отбелить тьму в душах.
Он вспомнил берёзу, что когда‑то обпёрлась о молодой кедр. Теперь кедр стал могучим, а берёза — его опорой.
— Действительно сильный здесь щедр, — сказал он вслух. — Слабак лишь силён на слова.
Часть 4. Сон, посланный свыше
Ночь опустилась тихо. Луна качалась на волнах реки, словно лодка, забытая временем.
Что было? Что будет? Всё уже придумано кем‑то во сне. Может, волхвами. Может, самим Творцом.
Но в этом сне было одно правило:
Любить — значит действовать. Любить — значит идти напролом.
Он закрыл глаза и увидел:
мир мёртвых, который живее живого, — там кипят страсти, не остывшие с земной жизни;
мир живых, который не требует билета, — он просто есть, и всё в нём сгорает и возрождается.
Часть 5. Пламя и угли
Утром он снова взял меч. Но теперь он знал: лезвие — не для убийства. Оно — для защиты. Для света. Для огня, который согреет кого‑то в холодной ночи.
Угли прошлого тоже важны. Они хранят тепло тех, кто уже ушёл, но оставил след.
А ещё — есть влюблённые. Они учатся взлёту. И только те, кто цвели, умеют летать.
Эпилог. Безбилетники
Он вышел из зала. Впереди — дорога. Вдали — дым костров, звон мечей, крики битвы.
Но теперь он понимал:
мы все — безбилетники судьбы.
у нас нет пропуска в этот мир, но есть право в нём остаться.
мы не выбираем начало, но можем выбрать, как гореть.
И пока в груди горит огонь — мы живы.
А значит, путь продолжается.
Алексей Меньшов 07.02.2026 20:17 • Заявить о нарушении