97 ступеней

В подъезде пахнет пылью и кофе на вынос,
И кто-то пишет маркером: «Жизнь — это минус».
Я поднимаюсь выше — знакомый мотив,
Скрипят мои ступени, как старый архив.
На первом этаже — детский смех, на втором — чей-то спор,
На третьем — будто никто не живёт до сих пор.
А я считаю про себя — раз, два, три…
Сколько ещё шагов до небесной зари?

Девяносто семь ступеней — мой длинный путь наверх.
Каждая — словно год, прожитый как успех и как грех.
Я поднимаюсь, цепляясь за перила дней.
А что там, за последней — никто не скажет мне.

На пятом — женщина плачет в закрытой кухне,
На седьмом — мужик пьёт чай, смотрит в окно скучно.
На девятом пахнет краской — ремонт у соседей,
А дальше — тихий шёпот в чьей-то бесконечной беседе.
И я прохожу — как будто через чьи-то судьбы,
Как будто собираю их взгляды, мысли, сути.
И думаю: как осознать всерьёз,
Что этот путь конечен. А дальше что?

Вопрос...

Девяносто семь ступеней — мой длинный путь наверх.
Каждая — словно год, прожитый как судьба и как смех.
Я поднимаюсь выше, как в песне Цеппелинов.
А что там, за последней — молчание дельфинов.

И где-то в люстре гаснет лампочка — на мгновение ночь.
И тени будто смотрят: «Ну что, готов помочь
сам себе? Или снова спрячешь глаза в телефон?»
А я всё иду, иду… будто слышу чей-то стон.
Не сверху — изнутри, где там сердечный ритм,
Но мысль снова вязнет, как на дороге битум.

И вот она — последняя. Пустой этаж, как лист.
Сорок ватт мигают — какой банальный твист.
Я стою перед дверью: без номера, без таблички.
Звенят ключи в кармане, дурацкая привычка.
В последний раз сжимаю холодный металл,
И, задержав дыханье, шагаю внутрь, а там…