Зависть

Как смертоносный, жгучий яд, что в жилах стынет,
Она гнездится в нас змеиными витками,
И шепчет мести сладость, горечью полыни,
И обращает нас в шкатулку с лопухами.

Она глядит глазами прокажённых в храме,
И в счастье каждом видит лишь укор утробе,
А смех любой соседа — жгущий сердце камень,
Гвоздём заржавым вбит в непримиримой злобе.

О, Зависть! Ты — дитя немой и тёмной ночи,
Где плавится добро, чтоб стать твоей монетой,
Ты пляшешь на кострах, и грудь твоя клокочет;
Венец из терний твой, а яд — его примета.

Ты пьёшь не кровь, а свет из жил того, в ком сила,
Кто миг сиять готов, пока ты вяло гнила,
Всех тех, кто воспарил, в подполье приземлила,
Чтоб тень твоя их солнце жадно разделила.

Ты, как алхимик, злато превращаешь в плесень,
А дар — в проклятие, а нежность — в подозренье,
Дворцы возводишь из обид в короне спеси,
Алтарь — из праха твоего пренебреженья.

Твой рай — ублюдок, что рождён во чреве адском,
Где каты — ангелы с улыбками Харона,
И каждый вздох — не вздох, а хрип предсмертной ласки
Ночных терзаний, зарождавших в сердце стоны.

Но знай же, змей, когда твой пир в конец иссякнет,
И ты останешься одна с добычей в глотке,
Бессильной страсть увидишь, как она обмякнет
В тех зеркалах, что поглотят твой стон короткий.