И утро
аляповатый петушок на палочке,
и вечер –
колыбель рубежа воды
с землей,
фигурное катание утопий,
нимб черный
гиблой полыни,
сплетенье тел
в кору вишневых лоз
и волчьи тени отчужденья –
все становилось мыслью
и душой.
В моей крови метался
то голубой, то черный, то гнедой
табун истоков.
Деревья, словно птицы,
прилетали на зов отчаянья,
когда я был – о нем! –
А жизни во мне было –
что волны
от края и до края откровенья,
от берега до берега,
от апогея
падения звезды
до раз- и перевоплощенья
слова…
*** ***
Свидетельство о публикации №125111202908