Фея

Сильны они были и волей и духом,
Покуда земля не стала им “пухом”.
За что умирали, идя на пролом,
Песни о них напишут потом.

Слов цветастых красивый узор,
Венки обнимает вокруг триколор.
Скупая слеза проползет по щетине отца,
Рыданьям родни не видно конца.

Не плачет лишь мать с почерневшим от горя лицом,
Горе сковало ей горло кольцом
Из горла не может вырваться крик,
Ей говорит посторонний старик:

“Ты, милая, плачь, пусти на волю кручину,
Ты ж все-таки баба, не военный мужчина.”
Резким взглядом по деду полоснула она,
И услышал он голос ледяной, как весною вода:

“Солёной водой сыновей не вернуть,
Врагу я должок обязуюсь вернуть!
Средь нацистского строя зачитали приказ:
Ловить треба снайпера, что бьёт между глаз.

Слух идёт, что снайпер тот - баба,
И стреляет она между глаз из засады.
Офицер рассмеялся на выдумки эти,
И с дыркой меж глаз Костлявую встретил.

Другой не успел съесть краюшку батона,
Кровь  скатилась по лбу - привет от мастера по биатлону.
Так работает снайпер, позывной её Фея,
Враг не кажет свой лоб, изрядно потея.

Подарок у Феи один для врага:
Пуля меж глаз и прощай навсегда.
Свою личную месть давно позабыла,
Защиту других матерей и их детей на себя возложила.
Москва, 11.11.2025