Холод четвёртого часа

Выйдя на улицу в четвёртом часу ночи, было холодно — ну а чему здесь удивляться? Подумал я: середина ноября, скоро зима.

Идя в наушниках в полутёмном переулке, задумываешься: а что может случиться сейчас? Побьют или убьют? Или ещё хуже — ничего. В мире из ничего моя меланхолия появилась внезапно, как бы это странно ни звучало, но, может, это влияние дождливой погоды? Или на дворе ночь, и никого нет. Только тень, и она не одна. Хотя это всего паранойя.

Но всё же речь идёт о моих гулянках, когда из людей только ты, и разговор переходит в заметки. Не чувствуешь, как уже обошёл всё село, где происходило и происходит куча всякого дерьма, осознаёшь, что твоя жизнь не настолько плоха, как жизнь кого-то другого. Я уже запутался, о чём пишу. Глядя на всё, что происходит в округе, понимаю, что всё начинает идти потихоньку под землю к чёртам на вилы. Мы невольно закапываем наши цели и мечты также под землю, виня во всём окружающих и свои зависимости, но они тут ни при чём: во всём виноват лишь один ты и твоё подсознание.

Я не знаю, норма это или нет, но я перекидываю мысли в заметки и думаю, что это плохо, хотя из этого что-то может получиться. Я не знаю, я в такой странной меланхолии, которая варьируется от совсем сильной апатии из-за своих проблем, которые я уже никак не решу, до нахождения радости в печали осени или своего разума. И, записывая это произведение, я его навряд ли выпущу. Это, я думаю, будет очень некрасиво. На этом всё. Прощайтесь, спивайтесь.