Он мой, не брошу, я его нашла!

В ту пору Маше было около пяти,
Отец сказал: «Прости!» и хлопнул дверью,
От этого с ума можно сойти,
Спокойно мать восприняла, сказав: «Не верю!»

Таблетки выпила недели через две,
Уснула тихо, навсегда, а дочь будила,
Прижалась к телу и уснула на тахте,
Не поняла к утру, что мать остыла.

Ревела Маша, в дверь вдруг позвонили,
А на пороге – матери сестра.
-Что за бардак в квартире учинили?
Не дозвонилась, сердце чует, неспроста.

Глаза заплаканы, открыт рот и нет звуков,
Племянницу так искренне любила,
Оформить опекунство, да без слухов,
Машу к себе взяла, терпенье проявила.

Но голос за три года не вернулся,
С подружками лепила снежных баб,
У магазина кот в неё уткнулся,
Сам рыжий, с умным видом, знать, озяб.

Маша присела и погладила кота,
Тот привстал, вдруг выгнул спину, замурчал,
Прижался он к щеке, как сирота,
И слезы горькие с её лица слизал.

-Не смей! Он уличный и грязный!
Кричала тетя, за руку держа.
-Он не заразный, он прекрасный!
Он мой, не брошу, я его нашла!

-Кто говорит?  Ну повтори! Не верю!
-Не можем бросить! Без меня умрет!
Кричала, приоткрыв в машине двери,
Кота схватили, а не то сейчас рванет!

Кот прыгнул к Маше и затих,
Лег на колени, тяжело вздохнул,
-Теперь не надо нам котов других,
А тот, чихнув, расслабился, заснул.