Когда черёмуха вся белым закипает

За толстою стеною ветер воет,
Качает в снежной пыли фонари.
И карцера покой не беспокоит —
До утра, до фиолетовой зари.

А утром снова будет построенье,
Перекличка в минус двадцать на плацу.
Жизнь — в аду, да Божие забвенье,
И снег колючий хлещет по лицу.

Дождусь тот день — я знаю.

Когда черёмуха вся белым закипает,
Вернусь туда, где детства добрый свет.
И старый пёс, конечно же, узнает...
Вот только жаль, что мамы больше нет.

Стоят в шинелях серых конвоиры,
И в автоматы вставлены штыки.
На смене караула — командиры,
И ВВ-шники — ещё призывники.

Как угли светятся глаза овчарок,
Они внимательно за всем следят.
А зекам хочется курнуть сигарок
И ждут, когда опять сменят наряд.

Когда черёмуха вся белым закипает,
Вернусь туда, где детства добрый свет.
И старый пёс, конечно же, узнает...
Вот только жаль, что мамы больше нет.

Паренёк в потрёпанном бушлате
Стоит в строю — а взгляд так далеко.
Он вспоминает мамку в тёплой хате,
Да хлеб домашний и парное молоко.

Теперь он стал уже совсем другой,
И греет душу только стекловата.
Он ждёт весну свою, когда домой —
А дни ползут, как горькая расплата.

Когда черёмуха вся белым закипает,
Вернусь туда, где детства добрый свет.
И старый пёс, конечно же, узнает...
Вот только жаль, что мамы больше нет.

И только холмик на погосте,
И деревянный — свежий крест.