Наконец

Проклятый собственной волей,
Опять я бросился в последний бой.
Я надеялся, мне станет больно,
И этой свободой я обрету покой.

Вместо каждой из тысяч моих смертей,
Мне из тени все дьявол улыбался;
Тяжело, насмешливо исподлобья глядел
Так, что в горле делалось мерзко и сладко.

С каждым боем каменело мое сердце,
Тело забывало шрамов следы.
Я стал безнадежно болен бесчестием:
Перестал слышать человека шаги.

Я проклинал себя все больше,
За старую слабость вечной жизни желать.
Я вспоминал, что чтобы закончить,
Мне надо прийти и душу отдать.

Встреча прошла не на небесной Луне,
А на ее старом напольном рисунке.
Закончились звуки в его напеве посмертном,
Заранее отпевшем мои пропадшие руки.

Пришел конец многолетнего бессмертья
В разрушенных храмовых стенах,
Острых тенях и в полуночном свете,
Там, где жизнь боле была не нужна.


Рецензии