Такелажные работы. Стропы

Утро цвета хаки.
Кофе, горький дым.
В небе злые знаки.
Я немолодым
стал за эту ночь.

Воздух ржавый, вязкий.
Мат как кислород.
Сняли с танка каски,
чтоб залезть под свод
стали и болтов.

— Дай-ка цепь, Серёга.
— Трос пошёл, лови!
— Выше, б.я, немного!
— Вправо!
— Не реви!

Гул лебёдки. Скрежет.
Пальцы все в мазут и в грязь.
Ветер кожу режет.
Эта вот ху.ня-связь
между "до" и "там".

"Там" где будет грохот,
где сомнётся бронь.
Здесь такелажный хохот,
грязная ладонь,
правящая вес.

Тонны. Просто тонны.
Вверх. На трал. На скобы.
Мы почти иконы
безымянной злобы,
двигаем войну.

Кран качнётся. Вздрогнет
подвешенный ад.
Кто-то тихо охнет.
Кто-то будет рад,
что не он - внутри.

Солнце тусклый овод.
День один из ста.
Просто повод
с этого листа
вычеркнуть часы.

— Всё, крепи, Андрюха!
— Норма.
— Отцепляй.
— Слышь, какая муха
села...
— Не зевай!
Следующий пошёл.

И по кругу. Снова.
Кофе. Мат. Металл.
Жизнь она хренова,
если ты устал
просто быть живым.