Глубокая пожалуй осень

Глубокая пожалуй осень,
Такая видимо пора.
Становится прохладно очень,
Слышно дыхание ноября.

Слышно дыхание самой стужи,
И звуки самого дождя.
Зима натягивает вожжи,
Где-то лютуют холода.

Плывут по небу серые тучи,
Исчезла вовсе синева.
Длиннее стали нынче ночи,
Как и наверное вечера.

Заря не так уж полыхает,
Как и в былые времена.
Не каждый день солнце сияет,
Нет ощущения тепла.

Немного даже стало сыро,
Везде бегут опять ручьи.
В тумане оказались горы,
И даже видимость на мили.

Пора очей очарований,
Запечатлелась на холсте.
Нет встреч пожалуй и свиданий,
Осень с собой наедине.

Дворцы как некие исполины,
Пронзают будни и года.
Они и вовсе неповторимы,
В них только прошлое всегда.

Такие же есть совершенны,
Самой историей обличены.
Своими истоками одержимы,
В книгу сей памяти занесены.

Природа их лишь дополняет,
Без всякой видимо нужды.
Даже мгновения замирают,
Былого мерещатся черты.

Незабываемы оттенки,
События издалека.
Незабываемы даже строки,
Эпохи той наверняка.

Там скрипка ненароком плачет,
Как и та самая душа.
А кто-то всё-таки пророчит,
Мол сбудется сама мечта.

Там столь прекрасные картины,
Неведомые лица, имена.
Канули давно гардемарины,
Как их столь разная судьба.

А осень лишь запоминает,
Давно уж прожитые дни.
Ну и наверное желает,
Быть повседневно впереди.

Жаждет однако воскрешения,
Переплетения времён.
Снится иной раз обновление,
Только не вечности пантеон.

Ну а ноябрь повсюду бродит,
Не переливаются цвета.
Дрожит от ветра вновь листочек,
Пытаясь воплотить себя.

Он кажется нынче последний,
Ведь остальные на земле.
И даже мир сей одинокий,
Уныние преследует везде.