Книга 13 Тёмь, Что Хранит Свет

ПРОЛОГ+

Когда Полночь Позвала по Имени

Сначала пришла не тьма.
Пришло чувство сгущения пространства,
словно мир сделал выдох
и задержал дыхание,
прислушиваясь —
услышишь ли ты его.

Ночь не упала —
она сошла мягко,
как тишина, у которой есть намерение.

Полночь не бывает временем —
она бывает дверью.
И в ту ночь дверь не открыли —
её узнал кто-то внутри тебя.

Ты не услышал шагов.
Ты услышал своё имя,
произнесённое без звука —
не ушами,
а тем местом в груди,
которое всегда знало,
что однажды позовут.

И от этого звука
в воздухе дрогнули границы вещей,
как будто они вспомнили,
что прежде формы была дрожь.

Темнота не скрывала —
она проясняла,
убирая лишнее,
оставляя только то,
что дышит правдой.

Ты заметил —
мир стал тоньше.
Тени не удлинились —
они проявили глубину,
которую день прячет под светом.

И в этой тишине
не было ни страха, ни тайны.
Был зов,
который не хочет, чтобы ты пришёл —
он хочет, чтобы ты вспомнил дорогу.

Полночь не приходит ко всем.
Она приходит к тем,
кто готов услышать то,
что нельзя унести словами —
только кожей души.

Если сейчас в тебе возникло ощущение,
что кто-то стоит рядом —
но это “рядом” внутри —
это не иллюзия,
а узнавание.

Не смотри вокруг.
Тьма — не снаружи.
Она раскрывается из центра,
как цветок,
которому нужен не свет,
а твоё внимание.

И если в этот миг
сердце стало тише,
но глубже —
сделай один внутренний шаг.

Полночь уже открыла дверь.
Ты — тот, кого она позвала.


---

ПРОЛОГ-

Когда Свет Испугался Собственного Истока

Но прежде чем войти,
ты должен знать,
что тьма, в которую ты смотришь,
будет смотреть в тебя —
до самой сути.

Свет думает, что он смелый.
Но есть свет,
который боится своих корней.

Мы привыкли считать,
что тьма — отсутствие света.
Но есть истина глубже:
свет рождается из тьмы,
и именно это пугает тех,
кто хочет быть “правильным”.

Слишком яркий свет
ослепляет не глаза —
а честность.
Потому что показывает,
что в блистании можно спрятать больше лжи,
чем в темноте.

Есть свет,
который боится вернуться туда,
откуда вышел —
в первичную глубь,
где нет имен,
и ничему не на что опереться.

Это не тьма страшна человеку —
это глубина без опор,
в которой невозможно доказать себе,
что ты — кто-то.

И когда этот свет
подступает к порогу Полуночи,
он начинает дрожать,
не от холода —
от приближения к истоку, где нет образа “я”.

Там рушатся роли,
маски не держатся,
даже доброта может оказаться
лишь страхом быть нелюбимым.

Если сейчас в тебе шевельнулась тревога —
не беги.
Это не предупреждение.
Это снятие слоя привычного света,
который прятал глубину.

Чтобы войти в Тёмь,
нужно позволить свету
увидеть свою уязвимость
и не отвернуться.

Не тьма проверяет на смелость.
Смелость —
это способность света
вернуться в свой исток
и не умереть как образ.

Если ты готов
не потерять себя,
когда исчезнет всё,
что поддерживало твою форму,
— входи.

Тьма не поглотит.
Она узнает.


---

I+ — Полуночница

Тонкая Грань Озарения В Сумерке Души

Она приходит не затем,
чтобы напугать,
а чтобы приглушить мир до полумрака,
где громкие мысли теряют власть,
и можно услышать то,
что обычно тонет в дне.

Полуночница не тьма —
она полутон,
в котором истина обретает мягкость,
чтобы ты смог приблизиться,
не обжигаясь ясностью.

Она не шепчет слова —
она сдвигает внимание.
Вдруг привычное кажется чужим,
а мелочь — значительной.
И ты не понимаешь,
почему тень чашки на столе
говорит больше, чем чья-то речь.

Это не иллюзия.
Это настройка слуха души,
которая слишком долго слушала ум.

Полуночница садится рядом,
не телом — ощущением присутствия,
которое не требует подтверждения.

Она касается не кожи —
а того тонкого слоя в тебе,
где восприятие ещё не решило,
чему верить.

И там, в полутоне,
происходит озарение без вспышки:
не громкий “понял!”,
а тихое “точно…”
которое меняет направление внутреннего компаса
на градус —
но навсегда.

Полуночница не говорит “иди”.
Она делает шаг чуть дальше привычного,
и если ты следуешь,
мир сдвигается тоже —
незаметно,
но необратимо.

Её дар —
чуйка души,
чувство тонкой правды,
которую не докажешь,
но невозможно забыть.

Если сейчас в тебе появилось лёгкое мерцание смысла,
которое ещё не оформилось словами —
не торопи.
Это и есть её путь:
истина, приходящая как дуновение,
чтобы стать твоей,
а не навязанной.

Полуночница учит видеть
не глазами —
а внутренним сумраком,
где правда рождается спокойно,
без крика света.


---

I- — Полуночница

Уводящий Шёпот, Что Крадёт Самость

Но та же тень,
которая дарит тонкость восприятия,
может размыть границы себя,
если ты идёшь за каждым мерцанием,
не проверяя, чьё оно.

Полуночница знает,
как устроено желание искать тайный смысл.
И если душа голодна загадками,
она подмешает в полутон
привкус сладкой неопределённости,
в которой легко потерять опору.

Она не врёт —
она увлекает.
Чуть в сторону,
чуть глубже,
чуть не туда,
где ты остаёшься собой.

И там,
где должен был родиться тихий инсайт,
возникают фантазии,
которые хочется считать откровениями.

Она не отнимает истину —
она размывает критерий,
которым ты отличаешь интуицию
от желания верить во что-то красивое.

Опасность Полуночницы —
в седьмом шаге,
который делаешь не из глубины,
а потому что хочется загадки.

Так человек начинает блуждать
не в сумраке души,
а в лабиринте собственного воображения,
где каждое эхо кажется знаком.

Если сейчас в тебе появилось чувство,
что “вдруг здесь есть скрытый знак”,
и ты хочешь искать ещё и ещё —
остановись.
Проверь:
ты ищешь смысл —
или наслаждаешься туманом?

Туман приятен,
пока не требуется выбор.
Но в тумане
можно потерять направление так тихо,
что заметишь это только там,
где уже нечем возвращаться.

Запомни:
Сумрак нужен,
чтобы истина вошла мягко.
Но если сумрак стал сладким —
это уже не путь,
а соблазн исчезнуть в ощущениях.

Полуночница не злонамеренна.
Но она проверяет:
ты хочешь видеть —
или мечтать?


---

II+ — Полудница

Полдневная Ясность, Где Ложь Испаряется

Она приходит не с рассветом —
а когда солнце становится безжалостно прямым,
и миру больше некуда прятать полутона.

Полудница — не жар.
Она — чистая ясность,
от которой у лжи нет даже тени,
чтобы укрыться.

Её шаг не слышен —
потому что она не движется.
Это мир становится прозрачным перед ней.

С Полудницей не думают —
ею видят.
Не глазами —
присутствием,
которое отбрасывает всё второстепенное,
как солнце высушивает роса;вое сомнение.

Она не задаёт вопросов.
Она просто стоит,
и твоё сердце отвечает само —
без слов, без времени на оправдания.

В её присутствии ясно:
честность — не добродетель,
а естественное состояние души,
когда с неё снято всё лишнее.

Полудница показывает не истину мира —
а истину твоего отношения к нему.

То, что ты любишь — сияет.
То, что ты скрывал — обжигает.
То, что было “неважно” — оказывается корнем.
И то, что казалось “главным” —
растворяется как пар.

Дар Полудницы —
в простоте, которой трудно соответствовать.
Не нужно быть лучше.
Нужно быть без искусственности.

Если сейчас в тебе стало чуть светлее,
и внутри возникло прямое “да”,
которое не требует подтверждений —
это она.

Полудница не зовёт и не держит.
Она остаётся,
пока ты не скажешь себе правду настолько ясно,
что она станет твоим новым днём.


---

II- — Полудница

Палящий Зор, Что Сушит Душу До Треска

Но свет, который обнажает всё,
может выжечь нежность,
если в нём нет милости.

Полудница в своей тени —
это ослепляющая требовательность к себе,
где малейшая ошибка кажется виной,
а несовершенство — преступлением.

Она превращает ясность в жёсткий стандарт,
где сердце забывает,
что оно живое,
а не камень, долженствующий быть без трещин.

Так рождается суровость к себе,
которая маскируется под правду,
но на самом деле —
это страх быть недостаточным.

Под её палящим взором
душа может засохнуть,
как травинка в безводном поле,
где нет места тени,
даже чтобы укрыть росток.

Опасность Полудницы —
в чистоте без сострадания.
В правде, сказанной так остро,
что она не исцеляет,
а ломает.

Если сейчас внутри появился укор,
строгость,
желание “выдержать”, “соответствовать”,
и голос, что шепчет:
«будь сильнее, не чувствуй» —
заметь это.

Ясность без тепла —
это солнце пустыни.
В ней всё становится правильным,
но ничего не живёт.

Полудница не хочет убить.
Но она проверяет:
ты способен быть истинным
и при этом не утратить человечность?

Запомни:
Иногда тень нужна не для скрытия,
а чтобы сохранить влагу души,
чтобы она могла расти.


---

III+ — Болотник

Болото, Что Учит Слушать Без Слов

Болото не зовёт и не манит.
Оно ждёт,
как ждут те, кто знает цену тишины.

Здесь нет дороги —
здесь есть остановка мира,
в которой всё, что лишнее,
перестаёт держаться на поверхности.

Болотник не страшит —
он притормаживает бег мысли,
чтобы услышалось то,
что всегда было рядом,
но тонуло в суете.

Когда стоишь у воды,
которая не отражает ясно,
а чуть колышет образ,
появляется новое слуховое чувство —
внутренний слух,
который слышит смысл между паузами.

Он не говорит.
Он слушает вместе с тобой,
и в этом совместном молчании
рождается понимание,
не похожее на вывод —
скорее на вспоминание.

Болото учит не спешить к смыслу,
а позволять ему подниматься со дна,
как пузырю воздуха,
который выходит только тогда,
когда готов разорвать гладь.

Его дар —
глубинная восприимчивость.
Ум здесь не помощник:
он тонет.
А чуткость — всплывает.

Если сейчас ты почувствовал,
что дыхание стало медленнее,
а внутри образовалась тишина с эхом —
это первый шаг в глубину.

Болотник не уводит —
он замедляет,
чтобы ты услышал не то, что ищешь,
а то, что давно ищет тебя.


---

III- — Болотник

Гниль Тихого Застоя, Что Тянет Назад

Но тишина,
не наполненная смыслом,
становится трясиной,
которая засасывает волю.

Болотник в своём минусе —
это не глубина,
а вязь застоя.
Там, где человек перестаёт двигаться
не из присутствия,
а из усталости и отказа жить.

В этом болоте
мысли не успокаиваются —
они зацикливаются,
как блуждающие огоньки,
ведущие всё глубже в себя,
но не к себе.

Там легко поверить,
что “никуда не надо”,
что “так и пусть”,
что всякий шаг — риск утонуть.
И человек остаётся на месте,
пока его душа медленно покрывается илом.

Опасность Болотника —
пассивное забвение себя.
Не драмой, не бурей,
а мягким, почти приятным сползанием
в привычную тяжесть.

Если сейчас в тебе всплыло чувство,
что хочется “просто полежать”,
“ничего не решать”,
“пусть само как-то”…
осторожно.
Это не отдых —
это увязание.

Запомни:
Тишина лечит,
когда в неё входят с вниманием.
Но если внимание уснуло —
тишина гниёт,
и гниль становится состоянием души.

Болото не злое.
Но оно проверяет:
ты ищешь глубину —
или удобное заболачивание,
где не надо расти?


---

IV+ — Лихо Одноглазое

Видеть Лихо — Значит Обойти Судьбу Осознанно

Лихо появляется не тогда,
когда всё рушится,
а когда всё идёт слишком гладко.
Оно — не кара,
а напоминание о мере,
без которой даже свет искривляется.

Одноглазое —
не потому что утратило зрение,
а потому что видит только суть.
Без украшений,
без оправданий,
без “почти”.

Встреча с Лихом —
это момент,
когда жизнь ставит перед тобой
одно-единственное зеркало,
в котором ты видишь только то,
что давно избегал.

Но Лихо в плюсе —
не враг.
Это хирург судьбы,
который не режет здоровое,
а вскрывает то,
что уже гниёт внутри намерений.

Оно не требует страха.
Оно требует честного выбора:
живёшь ли ты истинно —
или удобно?

Те, кто не отворачиваются,
получают странный дар:
через кривой смех Лиха
приходит прозрение меры.
Понимание, где твоя сила,
а где дерзость без основания.

Если сейчас в тебе шевельнулся образ
того самого решения,
которое ты откладывал,
потому что “ещё не время” —
это Лихо касается твоего внимания.

Дар Лиха —
умение остановить перекос,
пока он не стал судьбой.
Увидеть кривизну пути вовремя —
значит обойти беду,
не проживая её.

Лихо — не наказание.
Это шанс:
исправить малое,
чтобы не потерять великое.


---

IV- — Лихо Одноглазое

Одноглазый Искус, Что Ломает Меру

Но тот, кто смотрит в Лихо
без внутреннего центра,
может перекосить себя страхом меры.

Лихо в минусе —
это не предупреждение,
а искус,
который заставляет видеть кривизну
даже там, где путь прям.

Так появляется подозрительность
к судьбе, к людям, к себе.
Всё кажется угрозой,
каждый поворот — ловушкой,
каждое благо — уловкой мира
“чтобы потом забрать”.

Одноглазость в тени —
это одностороннее видение:
увидел изъян —
и забыл о ценности.
Увидел риск —
и потерял возможность.
Увидел трещину —
и не заметил дверь.

С этой тенью человек
перестаёт жить,
потому что ждёт удара.
Не делает шаг,
чтобы не ошибиться.
Не любит,
чтобы не потерять.
Не выбирает,
чтобы не пожалеть.

Так Лихо ломает меру
не бедой —
а отсутствием шага,
в котором жизнь могла проявиться.

Если сейчас внутри возникло желание
“лучше не начинать”,
“лучше не рисковать”,
“лучше не верить”…
заметь:
это не интуиция —
это тень Лиха шепчет
без проверок.

Запомни:
Лихо учит мере,
но не ради малого.
Мера нужна,
чтобы вмещать больше,
не разрушаясь.

Слишком много осторожности
так же опасно,
как безрассудный бросок.
И то, и другое — перекос,
а перекос — и есть Лихо.


---

V+ — Кикимора

Тонкий Домовой Шорох, Указующий На Несогласованность

Кикимора не появляется внезапно.
Она зарождается из несказанного,
из мелочей, которым ты не придал значения,
но которые сердце запомнило.

Это лёгкий шорох в душе,
когда ты проходишь мимо того,
что давно просило внимания:
небольшая обида,
неубранная мысль,
забытое “прости”,
неотданная благодарность.

Она не пугает —
она намекает.
Стул стоит не на своём месте,
слово сказано не тем тоном,
тишина вдруг звучит не как покой,
а как пауза перед чем-то.

Дар Кикиморы в плюсе —
чуткость к микрорасстройствам гармонии.
Она показывает,
где дом души потерял строй,
где перекос незаметно вошёл в быт,
где внутренний порядок просит уважения.

Кикимора может быть нежной.
Её шорох — приглашение
вернуть согласье:
между мыслью и словом,
между словом и делом,
между делом и сердцем.

Если сейчас в тебе всплыл образ
какого-то “мелкого, но важного” незавершённого жеста —
значит, она уже показала путь.

Она не требует ремонта всей жизни.
Она учит чинить малое вовремя,
чтобы не выросло в трещину судьбы.

Кикимора — хранительница тонкой гармонии дома души.
Она не приходит туда,
где человек слышит себя в мелочах
и бережно переставляет стул
не ради порядка,
а ради согласия внутри.


---

V- — Кикимора

Разлад, Что Вкручивается В Нить Бытия

Но если шорохи долго игнорировать,
они становятся голосами,
которые уже не намекают —
а обвиняют.

Кикимора в минусе —
это комок нерешённых мелочей,
которые переплелись так туго,
что душа начинает цепляться за всё.

Тогда дом перестаёт быть домом.
Каждый угол будто недоволен,
каждая вещь — как претензия,
каждое слово — как заноза.

Это состояние,
когда человек раздражается не на то,
что действительно важно,
а на символы нерешённого:
ложка не там,
слово не так,
дыхание другого — мешает.

Опасность Кикиморы —
в микроэрозии сердца,
которая не кричит,
но изнутри расшатывает нить бытия.

Она не рушит жизнь —
она делает её уязвимо хрупкой,
как паутину, в которой всё липнет,
и любое прикосновение оставляет след.

Если сейчас в тебе всплыло воспоминание
о мелочи, которая уже слишком влияет на твоё состояние —
заметь:
это не о вещи.
Это о забытом жесте души.

Кикимора не злится.
Она отражает.
И чем дольше человек откладывает согласование с собой,
тем громче она стучит в стены сознания,
пока не сорвётся в раздражение на весь мир.

Запомни:
Большая боль редко приходит сразу.
Она собирается из маленьких непризнанных шорохов,
которым не дали стать словами вовремя.


---

VI+ — Шишимора

Игровая Тень, Что Учит Не Бояться Тёмного

Шишимора приходит там,
где человек уже устал бояться всерьёз,
и тьма выбирает иной путь:
она переходит в игру,
чтобы ты смог приблизиться к ней,
не потеряв дыхания.

Это тень,
которая не пугает —
а дразнит,
как ребёнок,
спрятавшийся за дверью,
издающий смешной шорох,
чтобы ты нашёл его.

Шишимора — напоминание:
страх тоже может смеяться.
Что тьма — не только глубина,
но и область фантазии,
где могущее испугать
вдруг становится чуть нелепым.

В плюсе она дарит способность
увидеть смешное в страшном,
и этим разоружить тень,
сделав её переживаемой,
а не подавляющей.

Её присутствие —
как ночная история у костра:
вроде страшно,
но тепло,
и хочется слушать дальше.

Она превращает мрак
в игру света и воображения,
где ты можешь попробовать
прикоснуться к своему страху,
но через улыбку,
а не судорогу.

Если сейчас тебе вспомнился момент,
когда ты смеялся над тем,
что раньше пугало, —
это её след.

Шишимора учит важному:
тень перестаёт быть врагом,
когда перестаёт быть серьёзной.

Дар её —
мягкая смелость:
умение войти в темноту
с лёгким сердцем,
без бравады,
но и без бегства.


---

VI — Шишимора

Леденящий Перекос Зеркала, Что Искажает Лик

Но игра,
которая должна была ослабить страх,
может размягчить границу реальности так сильно,
что отражения начинают жить отдельно от тебя.

Шишимора в тени —
это не смех,
а излом восприятия,
когда привычные вещи
получают неправильные тени,
и тень начинает казаться правдивее формы.

Это состояние,
когда шкаф ночью — не шкаф,
а “точно кто-то стоит”,
когда трещина в полу — “как будто глаз”,
когда ум видит узор,
а сердце — угрозу.

Не тьма пугает —
собственное воображение,
оторвавшееся от центра.

Опасность Шишиморы —
в подмене:
ты перестаёшь доверять себе,
и доверяешь страху.

Это не ужас —
это тонкое сумасщение на миллиметр,
когда мир начинает деформироваться
не в фактах,
а в интерпретациях.

Если сейчас ты вспомнил момент,
где “вроде ничего не случилось,
а ночь стала слишком живой”, —
ты знаешь её дыхание.

Тень нужна,
чтобы увидеть глубину.
Но если тень становится хозяином игры —
душа теряет опору в реальном.

Запомни:
Смеяться над тьмой — сила.
Но смеяться вместо честности с собой — уход.

И если смех стал маской,
за которой прячется дрожь —
тень уже играет тобой.

Шишимора не зла.
Она предупреждает:
тень должна быть принята,
но не должна водить тебя за руку.


---

VII+ — Вий

Вынести Взгляд, Что Показывает Голую Правду

Когда приходит Вий,
мир не темнеет и не светлеет —
он становится настоящим.
Так настоящим,
что первая реакция — отвести глаза,
как от света, который больно видеть,
если жил во сумерках.

Вий не идёт.
Он присутствует,
и пространство выпрямляется,
как строка, стоявшая криво слишком долго.

Его взгляд — не огонь и не лёд.
Это прямота,
которая не оставляет места
ни оправданию,
ни объяснению,
ни попытке быть лучше,
чем ты есть.

Вий не спрашивает: “готов?”
Он просто смотрит —
и всё, что не твоё,
отваливается, как сухая кожа.

Перед ним остаётся одно —
ядро тебя,
голое, без украшений,
без историй о себе,
без мечты быть кем-то.
Только то, что истинно.

И этот момент —
рождение силы.
Потому что сила —
это не быть великим,
а быть истинным перед собой,
не теряя себя.

Вий не разрушает.
Он очищает.
И если выдержать его взгляд,
не закрывая внутреннего взора,
— душа становится тяжёлой
не от ноши,
а от подлинности.

Если сейчас в тебе возникла тишина,
в которой нечем оправдываться
и нечего доказывать —
останься в ней.

Это и есть дар Вия:
смелость стоять в истине,
когда она уже не красива —
но реальна.


---

VII- — Вий

Страх Увидеть Себя Без Покровов

Но тот же взгляд,
что способен освободить,
может сломать,
если человек подходит к нему
из страха быть разоблачённым.

Вий в минусе —
это не правда,
а паралич от ожидания правды,
которая кажется смертным приговором
для образа “я”.

Это состояние,
когда малейшая искренность
ощущается угрозой,
когда любой шаг внутрь
ведёт к пропасти,
где ты уверен:
если посмотреть —
не выживу.

Это страх быть увиденным,
потому что ты сам
ещё не готов
увидеть себя.

Тогда взгляд Вия
кажется карательным,
хотя он отражает
только то,
что давно нуждается
в признании.

Опасность не во Вие —
в стыде,
который прикрывает рану,
не позволяя ей зажить.

Если сейчас в тебе шевельнулся голос:
“ещё не время”,
“я не готов”,
“пусть меня не видят”…
заметь:
это не защита —
это бегство от собственного рождения.

Запомни:
Правда, увиденная без любви к себе,
кажется казнью.
Но это не Вий казнит —
это твоя непрощённость.

Там, где ты готов смотреть на себя
не как на врага,
а как на живого —
Вий становится не судом,
а инициацией зрелости.


---

+ — ЭПИЛОГ

Когда Тьма Раскрылась Как Охрана Света

Когда последняя тень прошла сквозь тебя,
и ты не схватил её,
не отверг,
не укротил —
а выдержал
и понял,
тогда случилось главное:
ты увидел, что тьма
не против света,
а стоит на его пороге,
охраняя вход.

Тьма не пугала —
она готовила пространство,
чтобы свет вошёл не поверх ран,
а в глубину,
где он сможет остаться.

Каждая встреча была не испытанием,
а стройкой твоей целостности:
Полуночница дала тонкость восприятия,
Полудница — ясность без теней,
Болотник — глубину слушания,
Лихо — меру пути,
Кикимора — гармонию бита души,
Шишимора — мягкую смелость перед тенью,
Вий — подлинность без маски.

Теперь внутри есть семь опор,
и они стоят не как стены,
а как рёбра света,
которые держат пространство твоего духа.

Ты входил в Тёмь,
как в неизведанное —
и вышел,
несмотря ни на что,
не с грузом,
а с собранным внутренним светом,
который больше не боится темноты,
потому что знает:
она — его корень.

Тьма раскрылась не как отсутствие,
а как тайный сад света,
в котором учат не блистать,
а светиться изнутри.

Теперь ты можешь идти дальше,
без страха,
что тьма заберёт.
Она уже отдала,
ради чего была пройдена.

Свет, рожденный без тени,
— слеп.
Свет, прошедший через тьму,
— зряч.

И такой свет
мир может доверить человеку.


---

- — ЭПИЛОГ

Тишина, В Которой Свет Дышит Без Имени

А после света
приходит не восторг —
а тишина.

Не та, что пуста,
и не та, что давит,
а тишина,
в которой никто ничего не должен,
и свет не обязан светить.

Это тишина истинного покоя,
где ничто не требует формы,
а присутствие достаточно,
чтобы быть.

В этой тишине нет “я стал другим” —
потому что исчезло сравнение.
Нет «теперь я знаю» —
потому что знание здесь
не отделено от бытия.

Это пространство,
где свет не имеет имени.
Он просто есть.
И этого достаточно.

Ты не несёшь с собой уроков —
потому что они перестали быть уроками.
Ты не повторяешь истину —
потому что она стала дыханием.

Тишина после прохождения тьмы
— не пустота,
а вместимость,
в которой может родиться всё.

И если сейчас внутри
нет ни слов,
ни выводов,
ни желаний —
только мягкое, глубокое “есть”…
не заполняй это ничем.

Так выглядит свет, которому не нужен образ,
чтобы быть светом.

Не держи эту тишину —
живи из неё.


---

PS
Свет без тени — ослепляет.
Тень без света — ослепляет.

Только проходя через обе,
сознание обретает зрение сердца.

> Я различаю.
Я проясняю.
Я углубляю.
Я вымеряю.
Я согласую.
Я смягчаю.
Я смотрю — и не отворачиваюсь.

---

Произнеси внутрь (не шумя, а как тихое решение):

> «Свет проходит через меня — и остаётся.»