Цимцум. Иерусалим. Epilogo

Город луны или шепчущей смерти.
Город веков и потомков потомков,
Чей инквизитор проснётся под горестный клёкот.

Тело луны или Богово тело —
Жажда покоя живёт в них обоих.
Свиток, навеки заученный старцами в детстве.

Время уходит в пески, оставляя
Сухость морщин на лице циферблата.
Жёлтый зрачок не увидит обещанных пастбищ.

Странным узором вплетается голос
В голос другой, льнут песчинки друг к другу:
В вечных песочных часах им становится тесно.

В город врываются алые звери.
Бронза тускнеет, холмы оседают.
Тьма заостряет чернявого отрока профиль.

Эпос хранят водопады Селены,
Исповедальный, трагический эпос.
К тёплой солёной воде опускаются звёзды.

Стёрта чеканка старинной монеты.
Грязный паломник приходит с востока.
Рваный плавник хладнокровно вонзается в спину.

Страх пустоты завещает младенцу
Мудрость в глазах жестокосердного брата.
Что же, скажи мне, не вечно под этой луною?