Под защитой

В терновнике с шипами, острыми как нож,
Который так пугает, что близь не подойдёшь.
Растёт, и чуть качаясь, вбок голову склонив,
Цветок, пылая краской, свой сохраняет вид.

Один он здесь остался, не тронутый чумой,
Не дал себя окутать порочную змеёй,
Не превращаясь в розу, шиповник, молочай.
Тюльпан желтоголовый, сказал себе: "страдай"

Самолюбивой верой, пытался уцелеть,
Мохнатеньким шмелям не давая пролететь.
Он прятался от света, замкнувшийся в себе,
Давая лишь зачахнуть цветам своим во тьме.

Бутон свой распуская, распространял свой шлейф,
Прекрасных ароматов, доходивших до полей.
И все к нему тянулись, но был проход закрыт.
Он был укрыт от мира, ведь так душа велит.

Ведь обожжённый дважды, он силы потерял.
И корень-сердце тщетно сильнее прогнивал.
Лились с бутона росы, обиженные судьбой,
Но впредь тюльпан остался наедине с собой.

Живёт, где тьма и холод, а рядом с ним мороз,
Но мало кто заметит его мечтаний, грёз.
Пускай сидит в защите болезни роковой,
Зато никто не тронет души его покой.

Не прочитает взглядом его глубоких дум,
И близко не познает его тщеславный ум.
И потеряет свет он, что может греть зимой,
Но это всё возможно, если думать головой.

А кто захочет-сможет увидеть лишь на миг,
Какой цветущий мир за терновником возник.
К нему не проберешься, но только через сон
Проникнуть постарайся в его волшебный дом.

Растёт в дремучей чаще, спрятавшись от бед,
Тюльпан желтоголовый, как истинный наш свет.
С кристально чистым сердцем, бездонную душой.
Таких больше не встретить, ведь он один такой.