Серебро

Я поднесла к лицу вуаль,
вуаль, – шепнула про себя,
и звонкий, как  удар в хрусталь,
раздался звук, напор терпя.
Я испугалась, отчего
мне слышен этот странный звук,
и от волненья моего,
вспотели пальцы рук.
Февраль, печаль, хрусталь, вуаль,
искала схожие слова,
но окончание едва ль
ровнит их разные права.
Лишь только вслух произнесёшь,
как что-то происходит, и
всё тело покрывает дрожь
с оттенком сладкой маяты.
Пространство образует новь,
в которой серебрится даль,
но – повторяешь вновь и вновь:
хрусталь, печаль, рояль, вуаль ...
Волшебный -аль, в нём что-то есть,
он - си бемоль из хрусталя,
и превращается во взвесь,
едва коснувшись ноты -ля ...
Удар по нёбу, и – отскок
в одно мгновенье, чтобы звук
весь перетёрся в порошок,
и – колдовство, восторг, испуг ...
Ура, ура, — шепчу: ура,
как хорошо, что я одна,
ведь эта странная игра
другим должна быть не видна.
Звук образует сферу, круг,
витает около меня,
и льнёт ко мне, касаясь рук,
внутри колеблется, звеня,
но остывает, и, осев,
рождает лёгкую печаль.
Я повторяю: аль, — пропев,
и проступает снова даль ...
И взвесь летает, серебрясь,
лишь руку протяни, и – тронь,
как эта призрачная вязь
покроет серебром ладонь.
Смущаюсь, трогая, смеюсь,
ладонь поставив на ребро,
забыв совсем дневную грусть,
ссыпаю на пол серебро ...