Мы не любили демонстрации шумиху

Мы не любили демонстрации шумиху
И обязательность военного парада.
Вот снова перед праздниками тихо,
Но – удивительно! – мы этому не рады.

Нам кажется, что чем-то обделили
Нас, и тревожно стало на душе и смутно.
Что проклинали, враз мы позабыли.
Друг дружке плачемся сейчас ежеминутно.

Что плакать после времени? Чего хотели,
Того добились. Это вам не анекдоты.
Жгли и крушили прошлое мы смело,
А надо бы работать до седьмого пота:

Но не одним низам, работать и верхушке,
Той, что вела народ дорогой коммунизма
И довела до нищенской до кружки,
До национализма, до идиотизма,

До диких вспышек ярости и злобы.
О том, что через год Россию ожидает,
Не сможет предсказать никто нам, даже Глоба:
Кто знает, что судьба-злодейка нагадает.

Смирись и жди, многострадальная Россия,
Что кончатся года анархии, безвластья.
Когда-нибудь придет таинственный мессия
И поведёт народ отчаявшийся к счастью.

Вот только кто пойдёт? Останутся калеки,
Что будут нищи, сиры и душой, и телом.
В нас власти столько лет душили человека,
Что мы при жизни навсегда осиротели.

Друг другу моем кости мы усердно,
Сердца сжигает нам к чужим успехам зависть.
Забыли мы, как быть друг к другу милосердным,
Не вызрела в холодных наших душах завязь.

Опять нас завела в болото перестройка,
И скоро мы услышим: «Ваша карта бита!»
Неведомо куда летишь ты, птица-тройка!
Неведомо куда опустишь ты копыта!

1990-е