Песнь рек и камней

Прологи— Два дыхания Земли —

---

Пролог Солнечный — “Источник”

До слова было шептание воды.
До света — дрожание капли в недрах.
До человека — дыхание земли,
медленное, как вдох младенца,
когда мир только пробует быть.

Река не родилась — она вспомнила,
как течь сквозь корни,
как звенеть в сердцевине кристалла,
как нести не воду, а звук.

Каждая жила земли — это память о небе,
спустившемся в глубину,
чтобы стать прохладой.
И когда первый луч
коснулся безымянного источника —
вода ответила.

Так началось движение,
не ради цели,
а ради песни.
Потому что даже без слуха
земля умеет слушать,
и даже без рта
умеет говорить.

Всё, что мы называем течением,
на самом деле — дыхание.
И каждое сердце,
если прислонить его к земле,
бьётся в ритме родников.


---

Пролог Лунный — “Память Камня”

Там, где река кончается,
начинается камень.
Не стена, не преграда —
а сон воды,
застывшей, чтобы не забыть себя.

Он хранит не образы, а вес.
Память в нём не светится,
а спит, как зверь в пещере.
Но стоит положить ладонь —
и тишина откликнется теплом,
словно под кожей снова зашевелилась жизнь.

Каждый камень знает,
что был каплей,
и каждый источник знает,
что станет горой.
Так мир держит равновесие:
всё текущее стремится к покою,
а покой — к движению.

Между ними — мы.
Слушающие, но не умеющие помнить.
И потому река зовёт нас,
а камень ждёт.

Не для того, чтобы мы выбрали,
а чтобы мы вспомнили:
всё живое — одно.
И тот, кто слышит воду,
слышит и вечность.


---

1 Днепр и Ирий

---

ДНЕПР

Он идёт не из гор — из сердца.
Медленно, как память рода,
он несёт в себе то, что было,
и то, что ещё не произошло.

Днепр — не вода, а путь,
по которому тени возвращаются домой.
Он знает имена ветров и пепла,
и знает, как тишина становится словом.

Берега его — не границы,
а вены земли, что открыты для света.
И каждый камень в его русле —
не молчание,
а прижатый к груди ребёнок земли.

Он не спешит.
Он всё помнит.
Даже тех, кто забыл себя.
И потому он свят —
не по названию,
а по дыханию.


---

ИРИЙ

Не рай и не небо —
а глубина света,
где нет течения,
потому что всё уже пришло.

Там вода не движется,
а поёт изнутри —
чистая, без берега,
в ней нет различия
между падением и полётом.

Ирий — не место,
а состояние:
всё успело случиться,
но ничто не кончилось.
Каждая капля там — отражение солнца,
которое не греет,
а помнит.

Мы называем это смертью,
но это лишь покой Днепра,
что увидел себя в зеркале неба.
Он не остановился —
он стал прозрачным.

---

Так первая пара завершает круг восхода —
вода вспомнила свет,
а свет — воду.

---

2 Волга и Дунай

ВОЛГА

Она течёт не спеша,
словно сама выбирает время.
Её воды — как шёпот матери,
что поёт ребёнку из прошлого.

Волга — не река,
а память о бесконечности,
спрятанной в мягких изгибах земли.
Она несёт не только воду,
но и дыхание полей,
и усталость солнца,
и молчание людей,
которые в ней крестили свои судьбы.

Она не спорит с берегами,
она их создаёт.
И когда в ней отражается небо,
оно становится ближе к земле.

Там, где Волга проходит,
всё становится родным.
Даже ветер,
если коснуться его губами,
вкусит соль её колыбельных.


---

ДУНАЙ

Он острый, как первый меч,
и чистый, как звук до слова.
В нём живёт сила стремления,
желание прорваться сквозь время.

Дунай — река поступка,
где каждая волна — решение.
Он несёт с собой тяжесть камней
и радость столкновений.

Он не вспоминает —
он творит.
Его голос — гром,
его дыхание — война и любовь.

Он знает,
что без боли не рождается смысл,
и без бури не бывает покоя.

Когда он встречает Волгу —
вода замирает.
Два сердца смотрят друг на друга,
и мир узнаёт вкус равновесия.

---

Так сплелись мужское и женское —
не как противоположности,
а как две половины дыхания.

---

3 Камень-Алатырь и Прах Времени

КАМЕНЬ-АЛАТЫРЬ

Он лежит в самой середине дыхания.
Не на земле и не в небе —
а в точке, где всё возвращается.

Камень-Алатырь не холоден.
Он помнит тепло всех рук,
что искали смысл и называли его Богом.
В его трещинах — семена звёзд,
в его пыли — кости времени.

Он не двигается —
и потому держит всё.
Ни буря, ни солнце не властны над ним,
но всё живое жмётся к нему,
как ребёнок к груди.

Его тишина — не молчание,
а язык, на котором мир молится самому себе.
Если прислонить ухо —
слышно, как в глубине
пульсирует свет.

Алатырь — не камень.
Это сердце.
Пульс мира, застывший,
чтобы не расплескать вечность.


---

ПРАХ ВРЕМЕНИ

То, что не удержалось,
не исчезло.
Оно стало пылью,
что ложится на всё,
как дыхание на зеркало.

Прах времени — не смерть,
а память без формы.
Каждая крупинка знает,
кем она была,
но больше не нуждается в теле.

Когда солнце касается пыли —
оно становится мягче.
Когда ветер её поднимает —
воздух вспоминает землю.

Мы боимся распада,
но именно он делает нас живыми.
Прах — это свет,
что перестал быть телом.
Это знание, что больше не нуждается в словах.

И когда Алатырь дышит —
прах отвечает,
шепча:
«Я был тобой.
И снова стану».


---

Так встретились покой и распад,
вечное и мимолётное.
Мир узнал своё зеркало —
камень стал воздухом,
воздух — памятью.

---

4 Ветер Степи и Голос Леса

ВЕТЕР СТЕПИ

Он идёт без начала и конца.
Ниоткуда — везде.
Его не видят,
но всё склоняется перед ним.

Он несёт запах хлеба,
и соль земли,
и лёгкий привкус свободы,
который нельзя объяснить словами.

Ветер Степи — не движение,
а память о движении.
Он был голосом кочевников,
молитвой трав,
дыханием лошадей,
что не знали узды.

Он шепчет не людям —
небу.
И небо отвечает,
вспоминая, что и оно когда-то было землёй.

Если лечь на траву
и закрыть глаза,
ветер расскажет,
что все пути — круг.
И что возвращение —
не конец,
а дыхание второй спирали.


---

ГОЛОС ЛЕСА

Он говорит тише ветра.
Его не услышишь ушами.
Он звучит внутри,
когда перестаёшь искать.

Каждое дерево — нота,
каждая тень — пауза.
В этом оркестре никто не дирижирует,
и потому всё идеально.

Голос Леса не произносит слов.
Он растёт,
связывает небо и землю корнями,
как шов между снами.

Когда человек входит в лес,
он не гость — он возвращённый.
Земля узнаёт его шаг,
и воздух становится мягче.

Голос Леса говорит одно:
«Не рви нить».
Потому что вся жизнь — ткань,
а мы — её дыхание.

---

Так замыкается цикл.
Ветер уносит песню,
а лес хранит её эхом.
Мир дышит через оба —
простор и глубину.

---

ЭПИЛОГИ - ВОСХОД и ЗАКАТ

---

ЭПИЛОГ — ВОСХОД (Песнь Возвращения)

Когда утро разворачивает свой свиток,
реки снова начинают течь к себе.
Каждая капля помнит дорогу,
даже если забыла имя моря.

Камни пробуждаются первыми.
Они не двигаются —
но их молчание толкает время.
Птицы касаются неба,
словно проверяя,
жив ли ещё свет.

Ветер приходит с востока,
несёт запах хлеба и новой надежды.
Он гладит степь,
и трава поёт о тех,
кто ушёл в ночь,
чтобы вернуться светом.

Лес вздыхает,
и мир снова дышит.
Каждое дерево — нота,
каждая тень — путь домой.

И реки,
и камни,
и люди —
всё это дыхание одной земли.
Она просыпается не по часам,
а по памяти.


---

ЭПИЛОГ — ЗАКАТ (Песнь Памяти)

Когда солнце закрывает глаза,
тени становятся мягче света.
Река утихает,
камень хранит её сны.

Волга шепчет Дунаю,
что время — лишь отражение.
Алатырь вспыхивает изнутри,
словно сердце,
что бьётся уже не ради тела.

Прах времени оседает на листья,
но не для забвения —
для продолжения.
Каждая крупинка —
вчерашний вдох.

Степь гаснет не тьмой,
а покоем.
Лес поёт прощальную песню —
но не о конце,
а о тишине,
в которой зарождается утро.

И когда всё стихает —
всё живое делает вдох.
Потому что ночь —
это просто вторая сторона света.


---

Так завершилась «Песнь рек и камней» —
цикл, где земля вспомнила себя сквозь воду и дыхание,
а человек — сквозь тишину.

---