Дядя Костя
ему повышибали в драках.
Он молчалив, но не суров,
особо, если к пиву раки.
Пусть от него ушла жена,
пусть про него забыли дети,
еще душа его жива
и ей не тесно в дряхлом теле.
Он курит «Беломор-канал»,
зажав губами папиросу,
и грустно смотрит на мангал,
не отвечая на вопросы.
Он просто у костра сидит
и, подпевая песням нашим,
хранит войну или Сибирь.
Все ждем: а может быть расскажет.
7-8.11.1993
Свидетельство о публикации №125102202122