Старинный камертон

Наводят дрожь на всех раскаты грома,
По стёклам лупят градины с фасоль.
Лишь чёрный грач, один, на крыше дома
Выстукивает клювом до-ми-соль.

Скользят меж лапок вычурные льдинки
В проём пытаясь пасть чердачных дверц…
От звона звук не тот. До серединки
Едва ль дотянет мне так нужных герц.

Оставит клюв грача с полсотни точек.
Металл издаст под ним протяжный стон.
Концертный зал. Волшебный молоточек
Запустит в ход старинный камертон.

Настройщик мой со мной сдружился летом,
Хоть лет как пять здесь служит в аккурат.
Зовут его не громко, Филаретом,
Купил. Не взял, как прошлый напрокат.

С Большой Никитской я, наверно, лучший
Даю для ноты До протяжный звук.
Не гром. Не писк. Меж сотен струн заблудший
На свой, единый в жизни стану круг.

Не всем, быть может буду по карману,
Рождён ещё был Веком Золотым.
За то германцу danke, Циммерманну,
И формам фрезерованным, литым.

В коробочке, покрытой тонкой кожей
В начале века прибыл я в Москву.
На вид – как все. Но всё же не похожий,
В руках маэстро- путь мой к мастерству.

Тому в подкреп – в Монетный Двор гравёру
Снесён на то, чтоб сделал мне клеймо.
Чтоб имя, место службы дал «стажёру»,
Чтоб ярок был, не как в глазах бельмо.

Чтоб в лучшем зале всей большой отчизны
Играл, со мной настроенный рояль.
И нотный ряд звучал без укоризны,
И каждая слышна была деталь.

Про лучший зал. Вопрос сей философский.
Его решать не будут много лет.
Дадут ответ сам Пётр Ильич Чайковский
И мой хозяин – Зайцев Филарет!

Здесь в стенах дух Святейшего Синода,
Играли тут Аренский, Чесноков…
А детский хор звучит до небосвода
Без всяких там, скажу, обиняков.

И коль прибудет в древнюю столицу
На кой, не знаю, чёрт, весь царский двор,
Наш зал для них – симфонии светлица,
А мой со звуком – крайний разговор!

Возьмёт в свои меня настройщик руки.
Нежнее их – лишь только сладкий сон.
Натянет ключ струну и клавиш звуки
Споют со мною звонко в унисон.

Нырнут в пучину клавиши рояля
Под властью знаменитейших людей.
А в зале все восторженно стояли,
А я лежал в коробочке своей…

Затихнет зал. Промчатся быстро годы.
Царя уж нет. Устой народ сломав,
Свои пустил и в нашем доме всходы,
Мой новый дом – Екатеринослав.

Я вместе с ним прожил по боле века.
И войн видал как минимум здесь три.
Служил и не служил для человека,
Лежал в своей коробочке, внутри.

Как хлам меня в последствии продали
Не видя исторической цены.
И руки спекулянта не дрожали,
И в этом нет его, моей вины.

Но верю в то, что жизнь стремится к счастью!
И мой достойным будет пенсион.
Я был и буду важной, нужной частью
Процесса, где востребован мой звон!

                20-21.10.2025г.
(Фото из коллекции автора)