Обращение к вам, ингуши...

«Вопрос какому народу
принадлежит земля,
можно решить по эпитафиям
на местных кладбищах»...
©М.Гуцериев


Тамерлану Горчханову...
посвящаю... (На фото)


Я признаться желаю,
мне б только успеть,
Под ногами пылает
вайнахская твердь,

Тучи грозно сгущаются
над головой,
Да свирепые хищники
рыщут за мной...

А к признанию этому
я вдохновлён
— Гуцериевым,
слухи услышав,что он

На селе, где родитель мой
сызмальства рос,
Собирается
благоустроить погост.

Где... скорее,..
придётся покоиться мне,
И моей, до безумства
любимой семье.

Меня бабушки, дедушки,
дяди, отец,
Заждались в этой гавани
тихих сердец.

Огибая намедни
кладбищенский двор,
Мне как будто бы слышался
их разговор,

В такт движенью
педали вращающих ног:
"Как ты мог?.. Как ты мог?..
Как ты мог?"...

Мне признаться хотелось,
читатели, вам,
И прошу вас довериться
этим словам.

У меня есть свидетель
— Всевидящий Бог,
Что пишу — потому,
что иначе — не смог.

Лучше буду отверженным
словно изгой,
Чем возьму это бремя
в могилу с собой.

Мой порок — неумеренно
вспыльчивый нрав,
И не важно, кто прав был,
И кто был неправ.

Под аккомпанементы
разрывов души,
Я пишу обращение к вам,
ингуши...

Как "боец", виртуальной,
словесной войны,
С оскорбленьями с этой
и с той стороны,

И прощенья прошу,
что вступил в этот бой,
Смалодушничал
и поступился собой.

С того самого,
очень злосчастного дня,
Саламбек Сагопшинский
смотрел на меня.

Но ни разу и слова
в упрёк не сказал,
Только разум и совесть
глазами пронзал.

И на бронеколонну 
идущий хирург*,
Не имея с собой
ничего кроме рук,

Первый павший
на"первой-чеченской"войне,
Тамерлан из Назрани
мерещится мне...

Весь такой безобидный
и мягкий на вид,
Монолит из отваги
и братской любви.

После этого дня... 
Наяву и во сне...
Тамерлан из Назрани
мерещится мне.

Режут память,
как будто бы кованый крис,
Сцены детства,
когда мне Евлоев Борис,

Постоянно
червонный червонец дарил,
И — Ты дядин мужчина,
Бислан!— говорил.

Двести тысяч чеченцев
сгорая в огне,
Укоризненно так,
улыбаются мне.

Я непризнанный призрак
обители грёз...
Мне мучительно стыдно...
Мне стыдно — до слёз...