На подушке утром все больше волос

На подушке утром все больше волос, сто-пятьдесят – пугающе много. Бояться расчесок и навредить, терпеть бесконечность вопросов, молчать, никогда не ныть.

Больницы, анализы, бланки шуршат, доктора исключают Эпштейна-Барра, волчанку, а рядом жестокость тетек и дядь, неприкрыто-дотошная, жалкая.

В беспокойные подростковые точно знать, что снится на койках больничных детям. Уметь находить, что отвечать достойно наглым и надоедливым.

Испугаться ухода папы на несколько лет, принять, простить и любить троекратно. Громко как дед за “Ростов” болеть и на рыбалку сходить за него. Обязательно.

Быть жизнерадостной и молчать, не поддаваться, любить, защищаться. Под софитов свет в белоснежном платье – и петь пронзительный вальс Афганский.

Фото  — себя инопланетной, открыть, доверить, выпустить в люди. Взрослеть и спорить только по делу. Вырасти в чудо.

Собирать корзины из орхидей, но купить букетик бабули на Маяковской. Затаскать на футболке до дыр Кобейна, взахлёб цитировать Фиму с Гоцманом.

Взлетать не взмахом игривых ресниц, а с усилием, рвущим вены. За прощением к маме с тату-эскизом в диалоге с собственным телом.

За час из гордой Дейнерис меняться в дерзкую рыжую Пеппи, и в каждой из них собой оставаться. Той, кого любят цветы и дети.

Изменено: 04.03.26